«Наша Система позволяет достигнуть больших успехов в любой области, в любой профессии». «Система обеспечивает наивысшие достижения при самых обыкновенных способностях!». «Вы получаете не отвлеченную систему, а гарантированную, проверенную многолетним опытом, доступную, продуктивную…». «Минимум затрат — максимум эффекта!». «Успех, карьера, знания и полнота жизни!» — эти призывы вовсе не из зазывалок на курсы личной эффективности, саморазвития и копания в своем креативном талантище, которого пока никто на земле не заметил. Великий русский писатель Даниил Гранин не украшает ими произведение «Эта странная жизнь». Для него это – творческий прием, связанный с ответом на один простой вопрос: «Признаюсь сразу: Секрет — он насчет того, как лучше жить. И тут, конечно, можно возбудить любопытство, заявив, что вещь эта — про поучительнейший пример наилучшего устройства жизни — дает единственную в своем роде Систему жизни». Тоже признаюсь, ссылаюсь на писателя по двум причинам: во-первых, всем для души надо перечитывать классику, во-вторых, далее речь пойдет о людях, которые не открывали Секрет того, как лучше жить. Владислав Дорофеев и Александр Верзилин сегодня, 12 сентября, празднуют день рождения. Каждый из них лично для меня – авторитет в своем деле, именно из таких людей, на мой взгляд, и состоит наша нынешняя интеллектуальная элита нашей великой страны. Почему я делаю вывод? Наверное, потому, что люди эти – подвижники, труженики земли русской, денно и нощно пекущиеся о нашем благе, часто забывая о себе и своих семьях. Их Система жизни – служение, их ценности – вечные, а не заученные, их дела – понятные всем!
Среди множества книг Андрея Аникина (9 сентября 1927 года, Томск — 29 августа 2001) выдающегося ученого второй половины минувшего века, как-то затерялась повесть Пятое путешествие Гулливера. Точнее, она сперва не затерялась в сборнике Фантастика 78 (М., Молодая гвардия, 1978, стр. 334), где отмечалось, что в антологию вошли произведения как известных, так и молодых фантастов из России, Литвы, Украины, Молдавии, Грузии, Узбекистана и других республик. И не должна затеряться среди множества литературной халтуры, изданной в последние годы. Почему я делаю такой вывод? Потому что слог автора хорош необычайно, потому что повесть проглатывается за полтора часа в любом возрасте, потому, наконец, что она отвечает на вопрос, что за государство строится в России.
10 лет назад ушел из жизни Юджин О’Келли (Eugene O’Kelly), автор замечательной книги «В погоне за ускользающим светом» (Chasing Daylight). За тридцать лет он прошел путь до СЕО, высшего топ-менеджера одной из крупнейших компаний мира, а потом заболел. Моя рецензия в газете Ведомости называется Новинки книжных развалов: Завещание топ-менеджера. Но в ней нет таких строк:
Еще совсем недавно весь мир лежал у моих ног. С высоты моего положения открывался редкостный для американского бизнеса вид. Благодаря взгляду сверху я мог оценить внутреннюю работу самых элитных и преуспевающих компаний мира в любой отрасли, убедиться, что ими управляют незаурядные личности. Я отчетливо видел, что происходит вокруг. Мне удавалось довольно точно предсказывать пути экономического развития на ближайшее будущее. Порой я чувствовал себя могучим орлом нагорной вершине — и не потому, что был неуязвим, просто сверху я видел картину в целом. И вдруг оказалось, что я сижу не на вершине, а жестком металлическом стуле напротив врача, сочувственное выражение лица которого способно насторожить не только меня, но и кого угодно. Его глаза говорили: вы скоро умрете. Фредерик Филипс прожил долгую и счастливую жизнь, скончавшись в возрасте 100 лет. Его воспоминания – память не только о семье, родителях, Второй мировой войне. Есть в них емкие зарисовки о пребывании в Москве второй половины 1930-х. Делегация компании посетила футбольный матч, и оказалось, что Русские тогда не имели никакого представления о правилах игры, и двадцать два игрока, как толпа школьников, гоняли по полю мяч. Если кто-нибудь спотыкался или падал, по трибунам прокатывался громовой хохот. По сути дела, русские и ходили-то тогда на футбол, чтобы хорошо посмеяться. И вот еще о том, как выделялись из толпы: Люди пытались выразить свою индивидуальность кепками, на которые требовалось мало материала. Кепи были в ходу самые разнообразные: зеленые с желтым в разводах, огромные старомодные с большим козырьком слегка набекрень, с лакированным, вздернутым вверх козырьком. Последних мы нарекли оптимистами — пессимисты надвигали козырек на глаза. Но еще более удивительное и точное замечание о том, как в России относятся к коммерциализации продуктов, сделанное после посещения ряда предприятий: у нас создалось впечатление, что удачная лабораторная разработка будет чрезвычайно медленно продвигаться к стадии промышленного производства — если вообще достигнет ее. Боюсь, что это особенность русских интеллектуалов — они живо вовлечены в сам процесс исследования, но едва только получен какой-то достойный результат, их интерес затухает. Похоже, они считают, что превратить научное достижение в массовый продукт совсем не так занимательно.