Архив автора

Андрей Кузьмичев

профессор МГТУ им. Н.Э. Баумана, кафедра "Экономика и организация производства"; руководитель Клуба инженерных предпринимателей ; заместитель директора НОЦ "Контроллинг и управленческие инновации"

ЮБИЛЕЙ НИКОЛАЯ БАУМАНА И ПЯТИЛЕТКА СОЗИДАТЕЛЬНОГО ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКОГО ТРУДА

Опубликовал Андрей Кузьмичев от . Опубликованно в Анонсы открытых лекций, Новости КЛИП

ШУХОВ, МОРОЗОВ, БАУМАН

Николаю Эрнестовичу Бауману 29 мая 2023 года исполняется 150 лет. Как профессиональный революционер попал в обойму одного их лучших технических университетов мира, наряду с легендами инженерного созидательного труда Владимиром Шуховым, Андреем Туполевым и Сергеем Королевым?

Начнем неспешно отвечать. Сначала о Шухове выпускником ИМТУ, великом инженере России. Владимир Шухов, как главный инженер конторы Александра Бари, был знаком с Саввой Морозовым, совладельцем знаменитой Никольской мануфактуры. Вскоре Шухов выполнил заказ меценаты и театр в Камергерском переулке получил первую в России вращающуюся сцену. На ней блистали многие, в том числе великий Василий Качалов, познакомивший Морозова с Бауманов, игравшим вместе с красавицей женой в капустниках театра. Театральное знакомство переросло в дружбу и Морозов, спасая друга от взоров полиции, поселил семью революционера в своем особняке на Спиридоньеве, в собственном рабочем кабинете. Приятельствуя, Морозов и Бауман называли они друг друга по имени-отчеству: «Савва Тимофеевич», «Иван Сергеевич».

ФЕДОТОВ, БАУМАН, ГОРЬКИЙ

Вряд ли Морозов называл выпускника ИМТУ Александра Александровича Федотова по имени-отчеству. Но наверняка уважал, как уважали Федотова сами сотрудники и рабочие предприятия. Но в 1905 году, когда на фабрике в ходе волнений убили несколько человек, Морозов и сам отошел в мир оной. Правление Никольской мануфактуры уволило Федотова, лишив очень приличного директорского жалованья – 25 тыс. руб. в год. Об этом бывший директор мануфактуры рассказывал на процессе «антисоветской» Промышленной партии, и все жители Страны Советов могли составить свое мнение об инженерах: 500-страничная, мелким шрифтом, стенограмма была напечатана тиражом 25 тыс. экземпляров.

Процесс начался в октябре 1930 года, когда арестовали «руководство» Промышленной партии и на скамье подсудимых оказалось восемь человек – все выпускники ИМТУ. В самом преемнике ИМТУ, в Московский механико-машиностроительном институте, в том же месяце появился приказ, возвещающий:

31-го Октября с/г. исполнилось 25 лет со дня убийства известного революционера

Н.Э. Баумана. Для увековечения памяти тов. БАУМАНА по ходатайству партийных

и общественных организаций ВММУ-ВСНХ СССР постановил: приказом № 2222 от

28-го Октября с/г. переименовать ВММУ в Московский Механико-Машиностроительный Институт с присвоением имени Н.Э. Баумана.

Об”являя приказ ВСНХ СССР для сведения и исполнения, предлагаю Управлению

Делами принять надлежащие меры к широкому осведомлению парт. и

общественных организаций и проведению в жизнь приказа № 2222 по ВСНХ СССР.

ДИРЕКТОР – (подпись Цибарт).

Вот так и произошёл ментальный переворот: власти, казалось, как в поговорке Клин клином вышибают. Тебя нужно, срочно, с кем-то познакомить! поменяли не шило на мыло, а восемь фамилий инженеров на одного революционера, сравнив процесс Промышленной партии с началом первой русской революции. В октябре 1905 года в медийном пространстве возникла фигура Баумана – революционера. 17 октября вышел царский манифест, открывавший дорогу к конституционной монархии. По улицам двух столиц с разными лозунгами шагали как противники манифеста, по версии полиции — демонстранты, и сторонники — мирные манифестанты. И среди них ходили студенты разных мастей, в ИМТУ, например, в 1905 году не шел учебный процесс. 18 октября, после митинга в училище, мирные манифестанты, возглавляемые рабочей дружиной под руководством Николая Баумана, шли по Немецкой улице. У фабрики Щапова сзади в пролетку, где сидел Бауман, впрыгнул москвич и обломком чугунной трубы ударил Баумана…

Максим Горький так описывал октябрьские дни в Москве, обещаясь к своей жене:

Хоронили мы здесь Баумана — читала? Это, мой друг, было нечто изумительное, подавляющее, великолепное. Ничего подобного в России никогда не было. Люди, видевшие похороны Достоевского, Александра III, Чайковского, — с изумлением говорят, что все это просто нельзя сравнивать ни по красоте и величию, ни по порядку, который охранялся боевыми дружинами.

Великий писатель описал начало траурной процессии: впереди всех вслед за гробом шла организованная из студентов и рабочих боевая дружина, замыкавшаяся санитарным отрядом, организованным из студентов и курсисток; далее следовали флагоносцы, неся флаги и знамена с различными надписями; процессию замыкали студенты с венками от различных революционных и оппозиционных организаций и частных лиц. Причем большинство имели в петлицах и на головных уборах красные ленты.

Дмитрий Виноградов, выпускник ИМТУ, секретарь отдела взаимопомощи Политехнического общества, на похоронах первого выборного директора училища вспомнил о похоронах Баумана:

Двор был залит огромной толпою; гирлянды, флаги, плакаты… Все были встревожены, только Александр Павлович сохранял спокойствие. И вот – как сейчас я себе это представляю, – бледный и взволнованный подошел к Александру Павловичу смотритель зданий и сказал, что «вывешивают флаги неподходящего, красного цвета. Что делать? Снимали их, опять вывешивают, и ясно, что хотят их защищать». Александр Павлович совершенно невозмутимо ответил приблизительно следующее: «Что же вы думаете, государственный строй России изменится что ли от красной тряпки на нашем крыльце»?

Александра Гавриленко, сгоревшего в одночасье от воспаления легких в 1914 году, уважали многие и любили. Траурная процессия растянулась на много километров. Среди тех, кто провожал директора, наверняка был Владимир Шухов. Стоит вновь напомнить, что в 1878–1939 годах по его проектам во благо страны построено:

около 1600 километров трубопроводов для транспортировки нефти и нефтепродуктов;

более 10000 стальных резервуаров для хранения нефти и нефтепродуктов;

около 90 речных танкеров (нефтеналивных барж);

более 8000 паровых котлов системы Шухова;

более 500 стальных мостов;

более 200 сетчатых гиперплоидных башен;

более 100 конструкций промышленных и железнодорожных зданий…

БИЗНЕСМЕНЫ, ПУТИН, ИНЖЕНЕРЫ

Проекты Шухова постоянно наращивали народное хозяйство страны каждый год. И тогда не смотрели на рост ВВП, на индикаторы различных институтов, обещающий благоденствие человечеству или, по крайней мере, тем, кто создает эти индикаторы, хотя и в них, как и в экономическом росте главное слово – прибыль! Ради нее бушуют не только финансовые и иные войны. Но сейчас лопается глобальная финансовая сеть, опутавшая весь мир. Из щупалец спрута вырываются большие и малые субъекты, и макросубъекты – Китай, Индия, Бразилия и Россия, России труднее всех разрывать путы, идет война народная. На смертный бой идут все от мала до велика, все общество. Вернее, почти всё. Андрей Колесников из Ъ написал 26 мая 2023 года, что на встрече Владимира Путина с активом «Деловой России» в Кремле, посвященной Дню российского предпринимательства, после слов

— Перед тем как перейдем к беседе, я предлагаю сегодня обсудить еще одну инициативу — объявить в России пятилетие созидательного предпринимательского труда, — предложил президент России и на этот раз не услышал благодарных аплодисментов.

Благодарные аплодисменты постоянно звучат ныне в адрес тех, кто помогает бойцам на передовой и в тылу, концертами и просто добрым словом. Но ведь война идет не только на фронте: в нашей стране террористы убивают людей, пытаясь сломать дух страны. Прощальные салюты и молитвы провожают бойцов в мир иной.

В мир иной ушли выпускники ИМТУ, а всего вышла из стен вуза целая армия — почти 500 000 строителей страны! Кстати, вновь о делах Шухова, спроектированные им мосты стоят по всей России. Кстати, в новом кампусе собираются построить новый мост через Яузу. Кстати, Яуза -– самым крупным притоком Москвы-реки в пределах города. Кстати, по нему в XVII веке на ботике плавал Петр I, последний царь и первый император России. И сколько еще выпускников выпустит Бауманка – Московский государственный технический университет им. Н.Э. Баумана. А ведь есть еще и не менее именитые вузы: Тимирязевка — Российский государственный аграрный университет – МСХА им. К.А. Тимирязева; Гнесинка — Российская академия музыки имени Гнесиных; Щепка — Высшее театральное училище им. М. С. Щепкина; Щука — Высшее театральное училище им. Б. В. Щукина. Кстати, Борис Щукин учился в ИМТУ…

Нашей компании нужны люди разных компетенций

Опубликовал Андрей Кузьмичев от . Опубликованно в Новости КЛИП, Отчеты о встречах КЛИП

Ольга Грибова в заметке Правило сельскохозяйственного буравчика (23.03.2023, 16:02, Коммерсантъ) пишет о том, что наблюдение за природой дает удивительные технологические результаты. Она ссылается на исследователей из Университета Карнеги—Меллона во главе с Чжан Теном, профессором механики и аэрокосмической техники, и Яо Линин, директором лаборатории Института компьютерных интерфейсов, выявивших удивительные свойства растения Erodium (аистник, или грабельник по-русски), которое умеет буквально ввинтиться в землю. Его семя запрятано в конструкцию, которая более всего напоминает инструмент буравчик, но вместо ручки у него крылышки, обеспечивающие вращение. Ирина Шарова, руководитель направления по развитию внешних перспективных проектов, ГК БИОТЕХНО, biotechno.ru, выступая 15 марта 2023 года в Клубе инженеров и предпринимателей МГТУ им. Н.Э. Баумана не только коснулась роли растений в проектах биотехнологии, но и неспешно поведала и об истории отрасли, о том, что в ней происходит сегодня, но и рассказала о том, какие специалисты нужны её компании.

Свое повествование она начала буднично:

Первая часть моей биографии связана с фундаментальной наукой, я делала диссертацию по биофизике в Пущинском научной центре, в этом академгородке расположено несколько институтов биологического профиля, в том числе микробиология. Также там расположена радиоастрономическая станция. В сложные 90 годы я, как и многие ученые, работала за границей, в европейских научных центрах.

Далее я вернулась в Москву в академический институт, но теперь моя работа была связана не с экспериментальной научной деятельностью, а научной дипломатией. В рамках поручения министерства образования и науки мы координировали международное сотрудничество с Евросоюзом в области биотехнологий. Это были большие, многосторонние проекты. Мы проводили симпозиумы, конференции по новым направлениям биотехнологии. В частности, такое направление как биоэкономика и одноименный курс в МГУ вырос из этих программ. Мы выстраивали не только сотрудничество с Евросоюзом, но и странами БРИКС, вели работа с OECD по направлению биобезопасности.

В результате совместной деятельности ученых, представителей бизнеса и государства была написана программа развития биотехнологии в России «БИО 2020» и создана технологическая платформа «Биотех-2030». Также я работала проректором по науке и международной деятельности в Пущинском университете, и сотрудничала с факультетом биотехнологий МГУ, и с институтом, который раньше назывался МГУПП, а теперь называться РОСБИОТЕХ. У меня есть опыт работы в европейских и российских компаниях в области биотехнологии, и сейчас уже несколько лет работаю в российской производственной компании.

Биотехнологии имеют несколько направлений, иногда их разделяют по цветам– зеленая, синяя, красная и так далее. Красная – это медицина и фармацевтика. Далее идут биотехнологии для сельского хозяйства, для пищевой промышленности, энергетики, охраны окружающей среды и так далее. Это достаточно молодая наука, хотя в истории люди давно использовали такие биотехнологические процессы как брожение вина, выпечка хлеба. Биотехнологии – это наука, которая изучает использование живых организмов и биологических процессов для производства ценных продуктов, получение продуктов жизнедеятельности живых клеток бактериального, растительного и животного происхождения. Таким методом получается сложные биологические молекулы, например аминокислоты, витамины, ферменты. В конце ХХ века развивается генная и клеточная инженерии, и новым этапом стало создание первой гибридной ДНК, в которую встроили чужеродные гены.

Сейчас мировой рынок биотехнологий примерно 0,6 триллиона долларов и Россия там занимает 0,6%.

Одно из направлений биотехнологии связано с получением генномодифицированных культур. Сегодня в мире существует научный консенсус в отношении того, что имеющиеся в настоящее время продукты питания, полученные из генномодифицированных культур, не представляют больше риска для человека, чем обычные продукты питания. В нашей стране еще в советские времена была специальная процедура, которая позволяла получать новые сорта и их регистрировать. В Америке больше 95 % животных используют для производства мяса и молочных продуктов. ГМО сои составляет 94 % всех посаженных посадок, ГМО хлопка устойчив к определенным коробочным червям — 96 %. ГМО кукурузы 92 % от всех посадок, и так далее. Также в Америке разрешены кроме растений, некоторые животные виды, например, определенный вид лосося и вид свиней. Все страны БРИКС, кроме нас, тоже широко используют ГМО. Этот метод очень важен для создания лекарств, вакцин и так далее. Свежим примером развития ГМ-сортов является появление на мировом рынке нового сорта пшеницы, который устойчив к засухе. В конкурентной гонке за разработку этого сорта участвовали несколько стран, включая Китай и Индию. Засухоустойчивый штамм ГМ-пшеницы, позволит получать в жарких странах больший урожай. Сейчас Аргентина стала первой страной, которая одобрила такой засухоустойчивый штамм и теперь он будет широко распространяться по всему миру. Почему это важно для России? У нас очень богатая страна и у нас очень много ресурсов: и продовольствия, и земля, и нефть, газ, лес, пресная вода. И одним из экспортных продуктов является пшеница. Это значит, что как только сейчас ГМ-пшеница выйдет на мировой рынок, российская пшеница не будет так востребована за рубежом. В России сейчас существует запрет на выращивание ГМО и одно из самых суровых законодательств в этой сфере.

Развитие современных биотехнологий ставит перед обществом множество этических вопросов, особенно в приложении к человеку. Например, в 2018 году был большой скандальный случай, когда китайский биофизик изменил гены двух эмбрионов и создал первых генномодифицированных детей.

Методы современных биотехнологий стали достаточно дешевыми и быстрыми. Ученый предложил  возможность «отредактировать» таким образом ген эмбрионов, чтобы их организм стал не восприимчив к заражению ВИЧ. Однако, таким образом, он нарушил законодательство Китая, согласно которому редактирование генов человека запрещено. Он подделал документы об этической оценке своего опыта. На самом деле эффективность и безопасность такого метода не устанавливалась никем. Сотрудники медицинского центра не знали, что они имплантировали пациентам генетически модифицированные клетки. Ученый рассказал о своем эксперименте в YouTube и случай имело громадный резонанс в мире. Когда правительство выяснило все обстоятельства дела, он был приговорен к трем годам лишения свободы и штрафу за нарушение законодательства. Сообщество осудило этот эксперимент как неэтичный, но девочки родились вполне здоровыми. Они сейчас находятся под наблюдением врачей. Ученый продолжает вести свои исследования в направлении лечения наследственных заболеваний.

У нас в стране также есть ряд ученых, которые хотят работать в направлении терапии редких врожденных патологий, чтобы избавить человечество от физических болезней и аномальных отклонений. Есть такие заболевания, которые теоретически можно лечить методом генной терапии. Но это остается одним из острых этических вопросов, которые сейчас решает человечество.

Немного о развитии биотехнологической отрасти в России. В СССР в 1960 годы была создана серьезная биотехнологическая отрасль, создано отдельное министерство. Была система отраслевых институтов. Обширная производственная инфраструктура. Производство кормового белка, гидролизная отрасль, производство аминокислот, витаминов, антибиотиков, ферментов, было объединение Биопрепарат, которое отмечало за биологическую безопасность. Было 240 предприятий, оснащенных современным оборудованием, с технологиями мирового уровня. Фактически тогда мы уступали только США, были на втором месте по производству биотехнологической продукции в мире. В 90-е годы произошел демонтаж биотехнологической отрасли – назовем это так: ориентация в качестве поставщика сырьевых ресурсов в глобальную экономику. Более 300 тыс. специалистов в области биотехнологии покинули страну. Как конкурента нас устранили. В частности, создавалась атмосфера социального психоза, так называемый «экоцид» (термин, введенный американцами). Были ликвидированы такие сектора, как производство кормового белка, 15 заводов было закрыто, освободившееся место на рынке занял соевый шрот из США, были закрыты гидролизные заводы, производство инсулина, антибиотиков, витаминов, аминокислот, включая лизин, т.е. всё то, что обеспечивало национальный суверенитет и безопасность нашей страны в области кормовой базы.

К 2010 году Россия превратилась в абсолютного импортера биотехнологической продукции, которая ввозит 100 % аминокислот для сельского хозяйства, 80 % — в кормовом сегменте и т.д.

Кроме того, в данном секторе существует ведомственная разобщенность: за отдельные направления, связанные с биотехнологией, отвечают Минпромторг, Минобрнаука, Минсельхоз, лесное агентство и т.д. Сейчас, когда в стране взят курс на технологический суверенитет и уход от сырьевой экономики, и мы ждем, что государством будут предприняты меры, которые поддержат производителей. В частности, в программе «Фарма 2030» заявлено курс на производство полного цикла в стране, а это невозможно сделать без собственного биотехнологического оборудования.

Переходим к нашей компании, которая родилась в 2000 г. Сначала это были научные исследования и производились поставки биотехнологического оборудования из-за рубежа. Потом открыли производство и начали экспорт в разные страны, в том числе в Китай и страны СНГ. Работая на зарубежных рынках, мы делали большие проекты и многому смогли научиться. Потом начались разработки собственных решений: это касается как ПО так и оборудования. С 2020 года в компании запущены полноценные НИОКР, на которые мы получили гранты, и в прошлом году мы запустили отдел R&D, который занимается новыми проектам.

Сегодня мы – ведущая биотехнологическая компания, которая обладает квалифицированными научными и инженерными кадрами. Есть своя производственная база, успешное сотрудничество со всеми нашими предприятиями. Мы работаем для фармацевтической биотехнологии, аграрной, промышленной. Делаем биореакторы, ферментеры, установки фильтрации, оборудование интегрируется в единую технологическую линию. Компания сертифицирована по ISO и выполнила более 150 проектов в России и СНГ.

Нашей компании нужны люди разных компетенций, потому что биотехнологии объединяют три технологических направления: это программный комплекс, с одной стороны, оборудование (биореактор), и процесс, связанный с микроорганизмами. У нас сейчас работают аспиранты, которые выполняют диссертации по этому направлению, — кто-то разрабатывает ПО, кто-то ставит эксперименты на новом оборудовании. Половина наших инженеров закончили Бауманку. Тут самое главное – желание учиться, потому что невозможно знать всё.

Вопрос: как компания развивается в нынешних кризисный условиях?

Шарова: История, связанная с ковидом, конечно, подсветила биотехнологию и то, что мы смогли в России сделать вакцину Спутник, это, безусловно, победа, тк она является одной из самых эффективных вакцин в мире.

Что касается сегодняшней ситуации то, биорекаторы – это продукция двойного назначения.

В прошлом году мы посетили выставку в Иране и узнали, что 97 % всей фармакологии производится внутри страны. Это результат их работы над суверенитетом и десятилетий под санкциями. Первый шаг, который они сделали, — национализация банковской системы и национализация крупного бизнеса. Сейчас это развитая технологически страна.

Вопрос: в мировом рынке биотехнологий Россия занимает всего 0,6 %. Почему нет реальных финансовых потоков в вашу отрасль?

Шарова: Мы ожидали существенных изменений в связи с заявленным курсом на технологический суверенитет. Однако, в области фармакологии никто из иностранных крупных транснациональных компаний не ушел с российского рынка и прекрасно себя чувствуют. Некоторые наши конкуренты ввозят товары через индийские юридического лица. У каждой страны есть набор методов, с помощью которых они стараются не пускать чужую продукцию на свой рынок. Мы очень надеемся, что у нас тоже уже есть некоторые заградительные правила. Для того, чтобы производство в России развивалось, ему нужен доступ к дешевым кредитам.

Вопрос: можно ли попасть к вам на стажировку?

Шарова: да, можно. Об этом надо разговаривать с руководителем того направления, куда хочет студент. У нас сейчас очень много заказов и инженеры перегружены проектами. 

Вопрос: как студентам подавать себя и оценить себя в общении с работодателем?

Шарова: тут есть разные аспекты, кроме зарплаты иногда важно вписаться в хороший коллектив; географически нас офис продаж расположен в Москве, а производство в Щелково.

Вопрос: происходит ли Digital‑маркетинг на рынке биотехнологий?

Шарова: специализация нашей компании предполагает, что все проекты очень индивидуальны. Когда мы ведем проект, то долго общаемся с заказчиком, чтобы выяснить, что им нужно. Наша компания работает по модели В2В и всех наших крупных клиентов в стране мы знаем.

Вопрос: за какое время ваша компания продает продукты?

Шарова: сам процесс заключения договора – это длительная работа с экспертами высочайшего уровня, которых в стране не много. В нем заняты все, начиная от нашего руководителя, заканчивая отделом продаж, где собраны специалисты, эксперты, которые сами работали в этой отрасли и те, кто знает техническую сторону, и все вместе создают ТЗ. Это может занимать несколько месяцев, в зависимости от масштаба проекта.

Вопрос: почему инженер не может хорошо продавать товар? Потому что он увлечен технологическими тонкостями, в которых он разбирается. Я ретроспективу с себя делаю. Я люблю говорить иногда о вещах, которые в контексте рассуждению собеседнику не очень интересны. И у специалиста, который продает, наверное, есть специфическая подготовка? Как он сочетает в себе знания продукта, ведь он должен быть инженером, и знания психологии потребителя, знание того, что клиент ожидает услышать?

Шарова: у нас в отделе продаж в основном сотрудники с биологическим образованием, также есть отдельные инженеры внутри отдела продаж, и поддержка всего инженерного отдела. Также у нас есть менеджеры проектов, которые уже в течении всего проекта следят его правильным выполнением. Общение с заказчиками также происходит во время специализированных выставок.

Вопрос: как ваша тематика может помочь, чтобы у нас появилась нормальная отрасль, связанная с сырами?

Шарова: например, наше оборудование задействовано в производстве незаменимых аминокислот для кормов животных.

Вопрос: какие ваши пожелания тем, что пришел на вашу лекцию?

Шарова: делать высокотехнологичный бизнес — это очень сложно в любой стране. Но, как показывает опыт нашей компании, всё возможно даже вопреки тому, что происходит в мире, в стране и т.д., и я надеюсь, что это хороший пример для вас. Я думаю, что у нас хорошие перспективы, и у вас, у вашего поколения, которое будет восстанавливать отрасли и проводить индустриализацию, как когда-то проводили наши деды и родители, которые запустили первого человека в космос. Однако, не смотря на то, что мы сегодня говорим о развитии современных технологий, важно попытаться остаться человеком.

Да, прав был великий Антон Павлович Чехов, поведавший всем такие слова:  Призвание каждого человека в духовной деятельности — в постоянном искании правды и смысла жизни.

Elon Musk. Hi Ruben. Really impressed with the story and SpindleService achives

Опубликовал Андрей Кузьмичев от . Опубликованно в Новости КЛИП, Отчеты об открытых лекциях

Максим Макарычев в статье Илон Маск предложил сотрудникам долевые гранты, оценивающие Twitter в 20 млрд долларов (Российская газета, 26.03.2023, пишет: «Этот шаг также можно рассматривать как попытку остановить отток талантов из компании, полагают наблюдатели. За время своего руководства Маск уволил тысячи сотрудников в ходе серии сокращений рабочих мест, которые затем привели к массовым увольнениям, поскольку рабочие бежали от растущей неопределенности относительно направления деятельности компании». Агабабов, выпускник Московского автомобильно-дорожного государственного технического университета (2003, факультет Дорожные Машины, специальность — Автоматизация производственных процессов), генерального директора компании «Шпиндель-сервис»., выступая 1 марта 2023 года к Клубе инженеров и предпринимателей МГТУ им. Н.Э. Баумана с лекцией «Как я начал и развиваю свой бизнес» тоже говорил о талантах, о своих коллегах, о том, как в России неспешно, но успешно можно развивать бизнес.

Но сначала были традиционные вопросы:

Вопрос: когда вы пошли в школу, вы с интересом учились или у вас возникали неприятности по поводу учебы?

Рубен: у меня была самая обычная жизнь школьника с разными оценками и с прогулами, проблемами, вопросами… Какой школьник уроки не прогуливал? Были приятности и неприятности, всё было. Запомнилось то, что школа была не простая — с углубленным изучением английского языка, а с 9-го класса был испанский, запомнилась усердная работа преподавателей иностранного блока.

В советское время преподаватели особое внимание уделяли культурному воспитанию детей: были разные экскурсии. Возили нас по разным городам в т.ч. Золотого кольца.

Вопрос: а что вам подвигло поступать на кафедру автоматизации производственных процессов?

Рубен: выбор института был, как бы это не прозвучало – банален, насущен и в моем возрасте, когда ты не знаешь, чего сам хочешь, определен родителями: машины будут всегда, значит и работа будет всегда. Таким образом я поступил в Автомобильно-Дорожный Институт (МАДИ) на факультет – автоматизация, т.к. понимал, что это прогрессивное направление, выбрал сам.

Вопрос: у вас случайно оказалось полмиллиарда рублей. Что вы с ними будете делать, если их надо потратить за месяц?

Рубен: Наверное, исполню мечты своих родителей, в первую очередь. А дальше, наверное, употреблю на самовыражение – на какие-то идеи, которые мне хотелось бы воплотить. На которые нет времени. У меня есть хобби – люблю писать короткие рассказы в стиле О Генрни, очень он мне нравится. Я его обожаю. Фейерверк эмоций, который испытываешь в развязке каждого рассказа, дочитывая до конца… Я в таком же стиле писал в свое время. Написал не много, наверное, с десяток.

А потом началась лекция и гость просто представился:  

Меня зовут Агабабов Рубен, я – генеральный директор компании Шпиндель-сервис. До сих пот не очень привык при обращении ко мне по отчеству, поэтому можно совершенно свободно обращаться ко мне по имени. Компания занимается ремонтом и сервисом шпиндельных узлов в основном металлорежущего и деревообрабатывающего оборудования, но также поступают механизмы по обработке стекла, камня. Кроме этого, у нас еще два направления – ремонт сервомоторов и поворотных столов станков с ЧПУ.

Свое выступления я разлил на несколько частей. В первой расскажу о том, как я пришел к этому механизму. И мой путь характеризует крылатое выражение, которое говорит о непредсказуемости порой в нашей жизни. Во второй части расскажу о том, что жизненно важно для любой компании. Следов – в чем заключается наш план. И сам по себе знаю, когда ты слышишь от старших, от тех, кто является руководителем бизнеса, какие книжки он прочитал и какие книжки оказали на него значительное влияние. И финальная часть, надеюсь, займет большую часть нашего времени – это интересующие вас вопросы.

С чего всё началось? Все начинается в наших родителей, безусловно. Родился я 13 августа 81 года, мне 41 год. Я из самой обычной семьи – папа закончил пищевой институт, инженер-технолог, мама – педагогическое училище, она преподаватель начальных классов. О школе. У меня был самый стандартный путь. Единственное отличие в том, что она была с углубленным изучением английского языка, что позволило мне в свое время устроиться в иностранную компанию, где английский имел некоторое значение. В этой же компании были командировки за границу. Языкового барьера не было. Институт был у меня ничем не выдающийся. Выбор был сделан не мною. Но первое образование – важное событие в жизни. Выбор потом определяет последствия и их формирует. Мы отдаем 4, 5 или 6 лет жизни для чего и, главное, кому? Явно, что себе! Поэтому, очень важно определиться с желаниями и с самим собой в этом возрасте. Я в свои 18 не определился и выбор был сделан родителями. Логика такая – машины будут всегда, значит, работа и заработок тоже будут всегда. Это – спокойствие родителей за своих детей. Так я поступил в автодорожный институт на автоматизацию производственных процессов. Пять лет я отдал высшему образованию. Спросите меня, дал ли мне институт знания, которые я применил в деле на рабочем месте? Это было однажды. Но в целом, что самое важное, институт дисциплинирует. Он делает тебя усидчивым, упорным. Приучает твои мозги трудиться. Во время обучения у меня, к сожалению, не было практики. Поэтому мое представление о том, как применять знания на деле, у меня не получилось. Что действительно важно и что помогает на любой ступени профессионального развития, и не важно, чем вы будете заниматься, это умение проявить себя. Есть творческие кружки, сообщества, клубы, просто посещайте их, если даже не интересно в них участвовать. Есть шанс, что вас что-то зацепит, заинтересует и вы захотите большей активности и участия. Способности, которые вы будете развивать таким образом, сослужат вам замечательную службу. Как минимум, вы себя будете любить и уважать. Как максимум – вы будете выгодно отличаться от других как в общении, знакомствах, и на тех же собеседованиях по поводу трудоустройства.

Итак, мне 22 года, закончил институт. Совсем зеленый. Не понимающий, кому действительно нужна моя автоматизация. Три месяца безуспешно искал работу по специальности. Устраиваюсь в Московский подшипниковый завод инженером-технологом в шариковый цех. Вот это моя первая ступенечка. Это была безысходность. Я устроился туда, куда меня взяли на 5 тыс. рублей грязными. Это меньше 4 с половиной тыс. рублей. На тот момент мой сокурсник получал в 4 раза больше. И к слову, средняя зарплата тогда была 12 тыс. рублей. Я получал совсем небольшие деньги и чувствовал себя неудачником. Но как мы знаем пословицу — ТИХО ЕДЕШЬ – ДАЛЬШЕ БУДЕШЬ, — мои пять лет были подготовкой к следующему шагу, и я их воспринимаю с благодарностью. Все отделы – производственный, инструментальный, отделы качества, механики, и более высокие, такие как конструкторский, отдел исследований и разработок, и приезды иностранцев, которые предлагали участвовать в тестировании их продукции, вся заводская жизнь и знакомства с многочисленным количеством людей, всё это интересно, расширяет кругозор и круг знакомств. А когда ты соприкасаешься со всем этим, ты невольно подмечаешь, как это сделано, и как это должно быть сделано хорошо. Это помогает в жизни и в работе.

Не чурайтесь идти на заводы. В цеха! Это замечательная стартовая площадка даже если задачи рутинные.

Следующие места работы были связаны с моими приобретенными знаниями в области технологий и производства шарика для подшипника. Но этого уже было мало – я достиг определенного уровня и передавал свои знания новому производству в рамках корпорации, куда входил Московский подшипник. Интереснее стало позже, когда после завершения одной проектной работы меня пригласили в одну известную шведскую компанию. Это был 2008 год. Компания называлась SKF. После института меня жутко интересовал вопрос: чем я буду заниматься по жизни? И тогда у меня не было ответа. Даже спустя активной работы в этой сфере. В 2008 году я со своими знаниями шарика – подшипника, меня приглашают на позицию менеджера по продаже услуг по восстановлению подшипника. Суть проблемы в том, что надо снимать слой от 5 микрон для + обработка поверхности сепаратора. В

SKF 17 центров по всему миру, это отдельная ветка их бизнеса. И я устроился в такой центр. Нам было несколько направлений. Первое – ремонт подшипников. Не только этой фирмы, но и других. Отдельно там занимаются изготовлением уплотнений методом точения. Обучали навыкам обращения с подшипниками с помощью их же производственных инструментов. И был тот самый шпиндель. Я понятия не имел, что это за устройство. Ни разу не слышал комбинацию из этих букв. Первые полгода он меня не пугал ни своим странным названием, ни своими подробностями. И через год меня принудительно просят, точнее, ставят меня на позицию ушедшего менеджера по продажам сервиса ремонта шпинделей. Без обучения, без вводной лекции, я бы сказал, дали швабру, погрузили меня на дно бассейна со словами «вы рассчитываем на твой успех»! И вот с этим морским ежом в руках, перебрасывая сего с одной руки на другую, попеременно получая тумаки от клиентов за незнание предмета, я провожу стрессовые несколько месяцев. Вот так состоялось мое знакомство со шпиндельным узлом, длилось это знакомство 4 года. После чего я понял – он стал мне настолько близок, что пора жениться.

Что стало спусковым крючком в моей жизни? Как я оставил работу и решил открыть свою компанию? На третий год я начал перевыполнять планы продаж. А когда ты достигаешь большего, планы продаж – показатель большего к минувшему периоду, — я пришел и захотел большего, но мне не дали! Соответственно, такая позиция моего руководства стала триггером, который побудил меня посмотреть со стороны на ту деятельность, с которой я находился внутри. И с ответами, с которыми у меня получалось. Не могу сказать, что я увидел нишу, проанализировал рынок, понял, что эта ниша не занята, т.е. я просто пришел на этот рынок и завоевал его. У меня была, напротив, классическая схема, когда из года в год изучаешь предмет, рынок, риски, механизмы работы компаний, становишься специалистом, узнаваемым на рынке, тебе начинают доверять, и уже после открываешь компанию в хорошо известной мне сфере.

Как создавалась компания? В тот момент я понял, что готов рискнуть, но возник вопрос: с какими последствиями и насколько мне будет больно падать, как я могу максимально себя обезопасить от этого? Я стал писать бизнес-план.  Многие, возможно, не станут обращать внимания на этот документ. Поверьте, ребята, если у кого-то есть или будет серьезное намерение попробовать, не поиграться, не поленитесь его составить. Дело в том, что проработанный бизнес-план переносит всё воодушевление и возникшие идеи в практическую плоскость. Расставляет точки над i по финансовым и прочим показателям. Так вот, я написал свой бизнес-план, несмотря на то, что хорошо знал и понимал всю кухню, получил ответы на вопросы. Первое, нужна команда. Одному не справиться. Я умел привлекать клиентов, получать заказы, но кто-то должен был их выполнять. И к команде было двое компаньонов, которые непосредственно ремонтировали шпинделя. Второе. Есть команда, а где мы будем работать? Мы стали искать площадку, примерно 150 кв. метров, на территории завода. Это было важно, потому что нужно было трехфазовое питание и близость к оборудованию, которое нам могло потребоваться. Нашли мы такой завод – это территория Московского радиотехнического завода. Хорошо. Команда есть. Знаем, где мы будем работать и с кем работать. Мы с компаньонами собрали некий капитал и на эти деньги приобрели инструмент, оборудование. Всё у нас есть! Но немаловажный вопрос – мы начинаем свою экономическую деятельность, а кто будет решать вопросы с налогами? Я – далек от этого. Я не бухгалтер! У меня был мой хороший товарищ, вот он сейчас с нами и работает. Так сложились мои кубики.

Что является жизненно важным в компании? Конечно, команда. Она – фундамент. Мы внимательно относимся к выбору человека в нашу семью. Тут важно, чтобы мы подходили человеку, и он к нам подходил.

Продажи. Одним из инструментов, который мы внедрили, CRM система. Мы долго настраивали и адаптировали наши бизнес-процессы. В итоге у нас всё получилось и теперь это наш большой программный помощник.

Вопрос: что такое должность генерального директора?

Рубен: если коротко, то это управление. Управление бизнес-процессами. Генеральный директор – это главное лицо в компании, которая формирует повестку дня, задает направления работы и отвечает за всё, что внутри его компании.

Вопрос: сколько времени вы проводите совещания и как приглашаете на него работников?

Рубен: важно понимать, что мы – не большая компания. Нас 16 человек. У нас крупных совещаний нет. И я против таких совещаний. В нашей компании есть два ключевых направления: за одно отвечаю я, это всё, что касается не металлообработки, за второе – Максим, мой партнер. У каждого из нас есть своя зона ответственности. И у Максима, и у меня есть утренние совещания. Они проходят ~10 минут.

Что они их себя представляют?

У нас есть CRM система, в которой прописаны все бизнес-процессы и, самое главное, все текущие задачи, связанные, конечно, с проектами. И мы проводим производственные совещания с участием всех ключевых звеньев – это начальник производства, менеджер по продажам, и если необходимо, то и другие сотрудники. Мы проходим по всей воронке, по всему бизнес-процессу, чтобы убедиться, что все в рабочем порядке и определить узкие места, требующие решения.

Вопрос: как вы решаете задачу увольнения сотрудника?

Рубен: это не очень приятная процедура. Именно поэтому в самом начале важен разговор или собеседование, знакомство с кандидатом. Мы тщательно относимся к этим разговорам, к выяснению, подойдет ли человек к нам в команду. Понятно, что обстоятельства могут быть разными: бывают такие ситуации, когда мы понимаем, что наши ожидания от кандидата не соответствуют действительности. И тогда мы инициируем вновь разговор, имеющий несколько стадий. Первая, когда мы говорим о том, что мы ждем и как мы можем улучшить показатели его работы. Если человек согласен, убеждаемся, что он готов сделать всё, чтобы вместе создавать успех. Дальше смотрим – если, всё-таки, не получается по разным причинам, тогда так и говорим, что, к сожалению, не получается. Бывает так, что нам не всегда получается распознать, например, чувство юмора. А в такой молодой команде, где каждый шутит, стиль общения состоит их шуток… эмоционально это важно. И я аккуратненько старался объяснить человеку, что дело не в нем, а в нас. Просто мы другие.

Вопрос: откуда пришла идея начать свой бизнес?

Рубен: я не делился ни с кем идеей начать свой бизнес. Просто понимал, что есть шанс. И я еще помню по книгам, что в жизни каждого из нас судьба дает, как минимум, один шанс, который нужно распознать, и которым надо воспользоваться. Особенно, если вы хотите кардинально поменять свою жизнь. Вот так со мною и случилось – я понимал, что есть хорошие шансы зацепиться, удержаться и вырасти.  И я рискнул. С друзьями идеей делился, и они меня поддерживали.

Вопрос: в каком формате вы приобретали опыт в сфере продаж?

Рубен: меня буквально сразу отправили «голым» в бой. Просто мне сказали: бери и делай! На самом деле, это не здорово, потому что с меня спрашивали результат, когда времени прошло достаточно. В любой отрасли есть особенности, с которыми нужно знакомиться, на это нужно время и учитель/наставник. Мне ничего никто не рассказывал, опыта/практики в продажах не было. Теоретические знания, я получал самостоятельно читая книжки по продажам, правда было недельное обучение – но этого, конечно, недостаточно для достижения значимых целей. У нас в компании я сам разрабатывал инструкции, от поступления звонка клиента, до завершения разговора. Описывал разные сценарии с возражениями.

Вопрос: удается ли вам сохранять баланс между работой и личной жизнью.

Рубен: так получилось, что я в свои годы не женат, поэтому у меня получается сохранять баланс между личной жизнью и работой. Например, у Максима, партнера, семья, двое детей. Сохранять эффективность получается в т.ч. с работой на удаленке… Кстати, у нас менеджеры по продажам могут работать удаленно.

 Вопрос: было ли во время обучения состояние, что вы занимаетесь не нужными делами?

Рубен: о, это вопрос поиска себя! Пока я и учился, и трудился пять лет на заводе, я не понимал, чем я хочу заниматься. Не знал, куда себя применить. Ждал какого-то просветления, чтобы мне судьба, случай показал, чтО мне может быть настолько интересно, что я бы отдал большую часть времени этому делу. У меня были попытки! Отработав несколько лет в зарубежной компании, а я хотел поменять сферу, потому что стал сомневаться – а мое ли это? Я как раз начал писать короткие рассказы и решил себя применить в копирайтерстве — это специалисты, пишущие рекламные тексты. Понимал, что у меня получается писать текст и знал, что в Америке за это получают очень хорошие зарплаты. Стал искать себе работу. Тогда я получал порядка 45 000 рублей. И мне говорят: молодой человек, вот смотрите, мы занимаемся продажей самосвалов, напишите, как вы собираетесь продавать нашу продукцию? И вот ты садишься за столик, тебе ничего не дают – я был просто поставлен в такие рамки… Я что-то написал, подошел с этим листочком и говорю: на что я могу рассчитывать? Мне говорят – на 20 000 р. Мне тогда было 28 лет. И я понял, что достигнув результатов в своей работе я не готов настолько поменять свою работу, чтобы опуститься на другую в два с половиной раза меньше в зарплате и начать путь с нуля. Но при этом написание текстов осталось со мной.

Вопрос: насколько вам одолевали сомнения при открытии своего бизнеса, каким образом вы справляетесь с «тяжелыми» решениями?

Рубен: у меня был классический путь – я знал, что это такое, проработав около пяти лет в этой области. На очень многие вопросы уже знал ответы. Единственное, что меня смущало – я не был еще в этих водах. Я не понимал точно, с чем я столкнусь, являясь собственником, директором, неся всю ответственность в компании. Конечно, когда ты идешь по непроторенной дорожке, впервые, тебе немного страшно. Особенно, когда возникает момент и вопросы, связанные с налогами. Или с государством, которое просит тебя приехать в какое-то отделение и разъяснить что-то. Но для этого есть специалисты, есть друзья, которые тебе помогают. В настоящий момент всё стало попроще, потому что у нас уже коллектив. Есть опыт и знания. В начале деятельности было два пути – нужны специалисты-профессионалы, к которым ты можешь обратиться, и друзья, которые либо тебе подскажут, к кому можно обратиться, либо сами тебе помогут, нерешаемых проблем нет. Проблемы, как правило, компенсируются трудом, временем, нервами. Да, иногда бывает больно, но вы же понимаете для чего и кому вы это делаете. Делаете для себя. Если у вас большие цели – для страны. Когда ты молодой, тебе нужен старший помощник, который прошел все эти перипетии, это практика; либо нужна теория – тот самый бизнес-план.

Вопрос: чем работа в зарубежной компании отличается от работы в отечественной компании?

Рубен: у меня всего было два работодателя. Два работодателя предлагали разные позиции – в одном случае я занимался изучением технологических процессов, а в другом случае надо было продавать. Но в целом, если сравнивать отношение к работе, глубину процессов, возможности, которые предоставляли компании, то в европейской компании было большое количество обучающих программ, в том числе и были возможности постажироваться, и пройти обучение у иностранных коллег. Зацепить глазом как организована работа. И это классно! И для нашей страны – знакомства! Связи решают многое!  Так что расширяйте круг знакомств. Ключевая разница в те времена – возможности для роста.

Вопрос: что отличает нашего молодого инженера в бизнесе от более пожилых товарищей?

Рубен: у нас очень молодая команда. Я – самый старший. Следом идет Максим (партнер). В нашей семье основной возраст – 25-28 лет. Так что нет у меня подобного опыта. Не смогу полноценно ответить на этот вопрос. В нашей команде главное – нацеленность на результат. Качественный. Мы полумеры не выполняем. Если что-то делаем, то делаем хорошо. Бывает иногда звонят и спрашивают: а вы не могли бы сделать, чтобы работало. мы говорим, что «просто работало», это не к нам. Если вы отдаете заказ нам, то получаете гарантированный качественный результат.

Вопрос: каким видом спорта вы занимались? Что смогли использовать при преодолении трудностей?

Рубен: я занимался спортом, у меня был спорт умственный. Я занимался шахматами. Участвовал в соревнованиях, достиг определенных результатов. У меня первый разряд был. Это полезная штука, заставляющая мозг работать и просчитывать на несколько ходов вперед. Смог ли я использовать эти навыки при создании проектов? Да, наверное. Я более тщательно отношусь к проработке тех или иных идей, задач или целей.

Вопрос: в какой момент времени на ваш взгляд надо уходить из компании, в которой вы работаете? Что должно служить основным показателем – для вас это превышение плана продаж.

Рубен: таких факторов несколько. Например, эмоциональный комфорт – бывает просто некомфортно находиться в среде, в коллективе. Если мы говорим про показатели эффективности, то это тоже может быть триггером – ваш вклад значительно больше, чем получает компания. И в этом случае свободно, с чувством уверенности в себе, подходите к руководителю и говорите… как это было со мною. Я через всё это проходил.

А через что проходил Илон Маск, который вдруг проявился на лекции:

Elon Musk

19:27

Hi Ruben. Really impressed with the story and SpindleService achives. Would’t mind discussing some cooperation issues for Tesla in Russia.

Please give me a shot at elon@tesla.com when convenient.

Агабабов Рубен

19:30

korradol@yandex.ru

agababov@spindle-service.ru

El

Elon Musk

19:31

Gotcha! 😉

И тут секунда щелкнула, что время лекции прошло. И как был прав О. Генри, считавший:

Жизнь — это то, что мы больше всего ценим и меньше всего бережем.

МОЛОЧНЫЕ РЕКИ И РОБОТОТЕХНИЧЕСКИЕ БЕРЕГА

Опубликовал Андрей Кузьмичев от . Опубликованно в Анонсы открытых лекций, Новости КЛИП

29 марта 2023 года с 18.00 Клуб инженеров и предпринимателей МГТУ им. Н.Э. Баумана проводит онлайн-заседание на тему «МОЛОЧНЫЕ РЕКИ И РОБОТОТЕХНИЧЕСКИЕ БЕРЕГА»? В гостях у КЛИП Петр Богданович Бишко, выпускник кафедры П8 (специальность: инженер конструктор-технолог электронно-вычислительной аппаратуры) основатель и руководитель компании «Агрофирма Оптина» (сайт компании https://af-optina.com).

Вопросы к дискуссии:

как бауманец попал в молоко и вышел чистым из навоза

как коровы уважают роботов

почему бизнес в молочной отрасли доставляет радость

могут ли студенты прыгнуть выше головы?

Участие бесплатное, подключение на встречу по ссылке https://webinar.bmstu.ru/b/rrn-khx-cum

«Агрофирма Оптина» в сети:

Петр Бишко: ЭВС — правильная мера, но технически ее реализовать в РФ не готовы

Предприятия Козельского района могут получить финансовую поддержку государственного Фонда содействия инновациям. Наш бизнес-репортаж!

Незаменимый продукт

Роман Бурмакин   27.04.2022 12:40

БИОТЕХНОЛОГИИ. ВЗГЛЯД ИЗНУТРИ. НУЖНЫ ЛИ ОНИ ЧЕЛОВЕЧЕСТВУ

Опубликовал Андрей Кузьмичев от . Опубликованно в Анонсы открытых лекций, Новости КЛИП

15 марта 2023 года с 18.00 Клуб инженеров и предпринимателей МГТУ им. Н.Э. Баумана проводит онлайн-заседание на тему «БИОТЕХНОЛОГИИ. ВЗГЛЯД ИЗНУТРИ. НУЖНЫ ЛИ ОНИ ЧЕЛОВЕЧЕСТВУ»? В гостях у КЛИП Ирина Валерьевна Шарова, руководитель направления по развитию внешних перспективных проектов, ГК БИОТЕХНО, biotechno.ru. Шарова закончила Нижегородский государственный университет, биологический факультет, кафедра биохимии, кандидат биологических наук по специальности биофизика.

Вопросы к дискуссии:

Организация научно-инновационной деятельности международной биотехнологической компании с нуля. Работа с российскими и зарубежными фондами. Запуск и ведение инновационных проектов и НИОКР, регистрация интеллектуальной собственности, участие в конференциях и выставках, фандрайзинг.

Участие бесплатное, подключение на встречу по ссылке https://webinar.bmstu.ru/b/rrn-khx-cum

Краткие сведения об лекторе:

Член государственной экзаменационной комиссии (ГЭК) магистерской программы «Инновационный менеджмент» экономического факультета МГУ.

Чтение лекций на тему «Введение в биоэкономику в мире» (факультет биотехнологии МГУ), «Управление проектами в биотехнологической сфере» эконом. фак МГУ.

Руководитель отдела международных научно-технологических проектов, ФГУ ФИЦ Биотехнологии РАН (Институт биохимии им. А.Н. Баха РАН) (http://www.fbras.ru). — 2006 – 2017гг

2003 г.Университет Клода Бернара, Лион, Франция.

Лаборатория патологии и биогенеза митохондрий.

Аспирантская программа по молекулярной биологии и молекулярной генетике.

2000 г. – Университет г. Вагенинген, Нидерланды.

Приглашенный специалист.

Использование разрешенной во времени спектроскопии для анализа митохондрий.

1993 – 1999г.Институт теоретической и экспериментальной биологии РАН г. Пущино. Научный сотрудник лаборатории термодинамики и энергетики биологических систем.

1991-1993 г. — Институт Белка РАН г. Пущино, МГП «Биовит», научный сотрудник.

Как я начал и развиваю свой бизнес

Опубликовал Андрей Кузьмичев от . Опубликованно в Анонсы открытых лекций, Новости КЛИП

1 марта марта 2023 года с 18.00 Клуб инженеров и предпринимателей МГТУ им. Н.Э. Баумана проводит онлайн-заседание на тему «Как я начал и развиваю свой бизнес». В гостях у КЛИП Рубен Агабабов, выпускник Московского автомобильно-дорожного государственного технического университета (2003, факультет Дорожные Машины, специальность — Автоматизация производственных процессов), генерального директора компании «Шпиндель-сервис». Агабабов расскажет о том, какие принципы есть у компании и как они появились; как с нуля создать и поддерживать творческою обстановку среди сотрудников; пояснит, где находятся клиенты компании и как надо работать с каждым покупателем услуг; поделится планами на будущее и своей персоны, и коллектива, и компании. .

Участие бесплатное, подключение на встречу по ссылке https://webinar.bmstu.ru/b/rrn-khx-cum

Я РАБОТАЮ С ТЕМИ. С КЕМ ХОЧУ РАБОТАТЬ, И С КЕМ МНЕ НРАВИТСЯ РАБОТАТЬ

Опубликовал Андрей Кузьмичев от . Опубликованно в Новости КЛИП, Отчеты об открытых лекциях

Сергей Васильев в февральской публикации Швейцарские инженеры продемонстрировали съедобный беспилотник пишет о том, что «легкий дрон с крыльями из рисового печенья станет пищей для заблудившихся или пострадавших в результате природных катастроф. Один беспилотник с 70-сантиметровым размахом крыльев заменяет полноценный завтрак». Вот бы такие дроны посылать в общаги вечно голодных студентов. Вот и Николай Коруков, выпускник МФТИ, генеральный директор компании ВНИТЭП – мирового лидера по разработке станков лазерного раскроя металлов, выступая 14 декабря 2022 года в Клубе инженеров и предпринимателей МГТУ им. Н. Э. Баумана вспомнил историю про курицу, «которая нам досталась вместе с холодильником – куриный окорочок, он с нами пролежал, наверное, два года, потом в какие-то выходные пришел очередной студент с вопросом: что бы поесть? Мы говорим, у нас ничего нет, но есть курица, она нам досталась 2 года назад. Он говорит: да ничего, она же в морозилке была! Пожарил и съел».

Съесть его вкусную открытую лекцию за один раз не получиться, лучше делать это неспешно и смаковать , начесавшуюся так:

Уважаемые коллеги, у нас сегодня будет очень интересная встреча. Пришел человек, с одной стороны технарь до мозга костей, а с другой стороны представитель славного Физтеха, который я очень уважаю и люблю. У него еще третья ипостась – он представитель реального инновационного бизнеса.

Наивные вопросы.

Первый: Николай, когда вы были студентом, пришли на Физтех, какие впечатления были на первом курсе?

Коруков: прежде всего, я был рад, потому что перед поступлением была не гонка, а какие-то соревнования, двухлетняя работа, и самостоятельная, и в группе из физматкласса, и было приятно очень оказаться там, к чему шел! Я Физтех во втором поколении. У меня отец и основатель нашего бизнеса тоже физтех. Это как бы дополнительное давление с одной стороны, но я тоже хотел соответствовать ожиданиям – это была определенная победа. Я не один туда попал, у нас целая группа из класса попала веселой ватагой. Окунулись в новый мир общаги. Физтеховская общага, не знаю, как сейчас, ни на что не похожа из тех общаг, где я был.

Второй: что такое физтеховская общага?

Коруков: можно охарактеризовать, что это не для слабонервных: быт студентов в Долгопрудном достаточно напряженный. По мне тараканы, пардон, бегали. Нам было весело, но достаточно колорито. Вот, например, «мамонты», где мы спали, собранные из подсобных материалов. Из каких-то деревяшек. Холодильники, перемещающиеся вместе с продуктами в морозилках. Была история про курицу, которая нам досталась вместе с холодильником – куриный окорочок, он с нами пролежал, наверное, два года, потом в какие-то выходные пришел очередной студент с вопросом: что бы поесть? Мы говорим, у нас ничего нет, но есть курица, она нам досталась 2 года назад. Он говорит: да ничего, она же в морозилке была! Пожарил и съел! Он у меня в друзьях на Фейсбуке и вроде жив! Нам однажды попала красная рыба какая-то, дали её кошке, но она не стала есть. Так забрали и съели сами! Один душ на всё общежитие! Туалет – это отдельная песня. Но вот какой плюс – везде есть столовая, везде есть барчик, в любой общаге и в любом учебном корпусе. Нам кофе и булочки, это, на мой взгляд, неплохо. Хотя у всех были предпочтения – студенты бегали из одной общаги в другую и говорили: у вас вот это лучше, и вот это лучше!

Третий: вы, наверное, в детстве не знали, куда вас заведет судьба. И даже не понимали, что значит «генеральный директор». В двух словах, что это такое?

Коруков: непростой вопрос. Не отвечал на него ни разу. Хочется ответить правильно. Правильного ответа нет. Сотрудник компании с определенными полномочиями, который призван с одной стороны представлять компанию. С другой стороны, организовывать и обеспечивать в ней взаимодействие людей, чтобы она добивалась поставленных целей перед ней. Генеральные директора относятся к коммерческой деятельности, а у такой деятельности одна цель – прибыль. Соответственно, генеральный директор работает ради достижения этой цели.  Как-то так я бы ответил на этот вопрос.

Меня зовут Николай Коруков, я генеральный директор компании ВНИИТЭП. Мы занимаемся производством станков, высокопроизводительного оборудования, топового в мире, и много чего другого. Делаем контрактную металлобработку. Собрался коллектив, который очень любит решать не стандартные, но новые задачи, и мы беремся за такие задачи, как, например, тренажеры для летного корпуса Аэрофлота, которые стоят в Шереметьево, в лучшем учебном центре. Ничего об этом не знали никогда, но представилась возможность поучаствовать. Поучаствовали, очень много чего нарешали. Много времени потратили, сидели, ломали голову.

Как быть генеральный директором? Я расскажу, как я пришел к этому. Действительно, я не ожидал никогда, что я буду генеральным директором. И не ожидал, что буду в семейной компании. Когда я учился в школе, учился в институте, у меня был другой путь. Но всё дляч меня сложилось достаточно гармонично, но достаточно неожиданно при этом. Я поучился в нескольких школах, школ у меня было три, семья переезжала, я переезжал вместе с ней. В школах меня тянуло к естественным наукам, к математике, к физике, биологии. Забегая вперед скажу, что я концу школы очень сильно увлекался биологией, ходил с сестрой, она выпускница прихфака МГУ, по субботам на лекции по физиологии центральной нервной системы. Мне всё это очень нравилось. Две школы в Москве, одна в Дубне, и мне до 11 класса каждый раз приходилось догонять. И так получилось, что попадал в более сильный класс с точки зрения физики и математики. Догонять у меня получилось всегда, потом и в институте получалось, но это оставляет определенный след. Всегда был разрыв, всегда .то был вызов. Надо всегда было подтягиваться, дополнительно разбираться, и всегда был груз неудач, двойки, тройки, пересдачи, непонимание. Когда я пришел в 10 класс, в лицейский класс в Дубне, 1 сентября я послушал, о чем говорят мои новые одноклассники, которых я никогда не знал, я был в ужасе! Слова производные, интеграл в московской школе были неведомы. А там это было вполне само собой разумеющиеся. Слава Богу, среды всегда была хорошая, дружная и при этом соревновательная. Потом был Физтех. Поступил не сразу, с третьей попытки. Поступил быстро на физфак. Поступал и в Бауманку, но у меня что-то не получилось. Поступил на Физтех. Было весело в общаге,  было весело учиться. Но был недостаток школьного образования по физике. Экспериментального. Я считаю, что важно загружать школьников различными экспериментами. И лучшие книги это показывают: у Фейнмана была тяга с детства. Он через множество личных экспериментов прошел, чтобы чувствовать, с чем имеешь дело. Мне этого очень сильно недоставало. Задачки я научился решать, что-то понимал, но потом требовалось понимание на другом уровне. Более глубоком. Плюс математический аппарат. Суровый подход к тому, как учат на Физтехе – разбирайся, как хочешь! Пересдач у меня было не так много, но троек предостаточно. Но была страсть это превозмочь, я много потратил времени и концу третьего курса на уравнениях математической физики я выплыл уже на четверки и пятерки. Был в лидерах по контрольным. У меня списывали задания. Это тоже какая-то победа личная! В круге общения мы отходили от того, чтобы связывать свою жизнь с наукой. Что-то мы нашим научным руководителям говорили, но параллельно уже подавались в консалтинг, после Физтеха у меня было 8 лет консалтинга. С 5 курса уже начинали работать на полный рабочий день. Параллельно писали дипломы. Ездили на кафедру и в институт спектроскопии. Я занимался этим параллельно – нанотрубками и так далее. Я был в теоргруппе и на мне были все расчётные части. У нас эти нанотрубки появлись раньше, чем у РОСНАНО. Мне приходилось потом говорить, что   РОСНАНО и мы — это совершенно разные организации. Хотя потом были гранты при поддержке РОСНАНО. Но это в стороне от меня прошло, я уже связывал свою жизнь с консалтингом, мои близкие друзья начали искать работу и почему-то это был консалтинг или аудит. Я пробовал устроиться в большую тройку. Поначалу мало что у меня получилось. Но мне не без помощи знакомств удалось устроиться в небольшую компанию, основанную выпускниками экономфака МГУ. Там получил свой существенный опыт. Компания называлась Прогрессор. Сейчас ее уже нет. Занимался в ней бизнес-планированием, инвестиционным планированием, созданием финмоделей. Это был радикально другой опыт. Началась клиентская работа, доклады. Для дальнейшей работы тезис такой: когда руководитель говорит мне, что я к нему в очередной раз прихожу с вопросами, что у меня не получается, он мне говорит: Коля, не приходи ко мне с вопросами, что что-то не получается, предлагай решения. Много кто с этим сталкивался, наверное. Я столкнулся в такой форме и по сей день помню про это, у меня, конечно, тоже были минуты слабости.  Хотелось сказать. Что у меня ничего не получается.

Было много интересных проектов: с РЖД, с Аэрофлотом, бизнес-процессы, финмодели, был проект и мне помогли мои знания программирования, построили оптимизационную модель и считали на ней, что и как можно выиграть. Четыре года проработал там и потом мне выдался шанс попробовать свои силы в более топовом консалтинге и я перешел в PricewaterhouseCoopers там тоже 4 года работал. Процесс собеседования был интересный на английском. Что было в консалтинге? Очень сильный коллектив. Тоже технари, очень классная команда, которая тоже меня вырастила как личность, сильная и требовательная, все амбициозные ребята: физфак, Физтех, экономфак. Чем-то похожие на среду на Физтехе: если ты что-то говорись, то мнение должно быть аргументированно. Иначе тебя тут же заклюют, забьют. Немного другие проекты, немного другая среда. Другая корпоративная культура. Как в разных школах.

К рубежу 2014 года у меня был очередной проект, мне представилась возможность поработать уже в бизнесе, в семейном, который организовал мой отец. И я перешел во ВНИТЭП. Так или иначе, начиная со студенческих времен и с работы в консалтинге, я связь с отцом и с бизнесом держал. Мы ему делали проекты на уровне первой компании: разрабатывали бизнес-план, проводили маркетинговые исследования. Когда я работал уже в PricewaterhouseCoopers мы ничего не делали, но в 2013 году, когда компании удалось продать станок в США, что было огромной победой, отец призвал меня помочь и я ездил, пытался организовать производство. Надо было ехать в Америку и решать вопросы, вести переговоры с покупателями, налаживать и внедрять станок. Там языковые барьеры определенные были. Всегда был накопленный отпуск и до сих пор он есть, это порядка 100 с лишним дней.  Я договорился со своим партнером, был уже менеджер, и поехал на полтора месяца в США. Поездка была интересной: запустили станок, деньги заплатили за него, составили финмодель. Забегая вперед скажу, что потом компанию, которой мы продали, поглотила гораздо большая компания, и у нас появилась гораздо большая зацепка – компания с миллиардными оборотами занимается услугами по металлобработке. Сильно нам успех развить не удалось, но мы не оставляем, хотя сейчас не понятно, возможности сотрудничества. И как раз в это время наступили новогодние праздники, я приехал в Дубну, посовещался с отцом и понял, что ему на всех фронтах надо было помогать. Особенно там, где Алексей Николаевич не очень силен. Он силен в технике и, безусловно, талантливый инженер и визионер. И у него всё хорошо с внешними связями и с развитием бизнеса. Вспомогательные, рутинный процессы, финансы, производство, требующее дисциплины. Надо было взять на себя этот удар и с этим начать справляться.   

Соответственно, перешел, не сразу. И еще был отпуск. Стал пробовать, включаться, было не просто. Я потратил два-три года на погружение и знакомство с коллективом. Я пришел заместителем генерального директора и у меня фокус был только на часть бизнеса, на металлообработку. Я в станки далеко не сразу стал лезть и разбираться, и помогать там. Прежде чем я перешел в станки, мы вырастили достаточную команду, которая занималась этим.

С 2015 года по сей день тружусь там, осваиваю, помогаю. С 2018 года я генеральный директор. В начале было много противоречий, много непонятного, и с точки зрения взаимопонимания с отцом, не всё получалось и я в течении 2017 года искал параллельно работу. Не знал, как мне быть. Не всё у меня получалось. Отец был генеральный директором и многие решения принимал он. Закончилось всё тем, что у меня с октября были предложения и это всё вылилось в активную фазу переговоров: либо я уходу, либо остаюсь, но на других условиях. Несколько сеансов переговоров при посредничестве определенных лиц, не по бизнесу, проходили. Или я советовался со своими коллегами, на мнение которых мог опираться. И в итоге всё закончилось тем, что мы с отцом «рокернулись»: я стал генеральным директором, а он стал директором по развитию и стал заниматься тем, что ему нравится – создавать станки, их дорабатывать и с этой точки зрения развивать бизнес. Я стал наводить дисциплину учетную, дисциплину в финансах, внедрять инструменты планирования, денежных потоков, закупок, снабжения и так далее. Подключился в проектам на Тайване, в Америке. Везде надо готовить переговоры на английском языке.

Вопрос: что общего есть у основателя компании и его сына чем они друг от друга отличаются?

Федоров: это разные люди по характеру, по своим организационным навыкам. Совершенно противоположные. Алексей Николаевич – это шашка наголо и на коне, поскакал вперед, повел за собой бойцов. Есть план, нет плана, я не знаю, но у Алексея Николаевича, наверно, есть план, но у него всё зиждется на интуиции и на эмоциях. И, в общем, получается. Николай Алексеевич более не «с шашкой сел и поскакал», а будем строить планы, всё будем делать как это положено, анализировать всё аналитически. Совершенно по разному организуется работа. Против шашки перо в бумага. Его в институте настращали, что нельзя без обоснования что-либо выдвигать. Алексей Николаевич не будет ничего обосновывать – делайте, как и всё (смеется). А у Николая Алексеевича всё по науке, по уму. Всё просчитать, всё согласовать и вперед! Так что это совершенно разные подходы, но они оба имеют право на жизнь! Это как с характерами, кто-то холерик, кто-то флегматик и так далее.  

О плюсах и минусах. Когда ты пользуешься интуицией, и вдруг что-то не так, то тебе никто не поможет, никто не знает, как ты рассуждал, где, возможно, у тебя ошибка. А если ты всё аналитически продумываешь, то все могут вмешаться со своими аргументами, и это может помочь, но может и помешать, конечно. И там, и там есть плюсы и минусы. Всё зависит от того, как ты живешь и руководишь. Как ты мыслишь о себе, как ты видишь всех остальных. Сказать что лучше, а что хуже – невозможно. Самый короткий путь – тот, который знаешь. Но если ты пойдешь коротким, но не знакомым путем, ты можешь заблудиться. А говорить: ой, ты идешь длинным путем! так ты можешь первым прийти, потому что ты его хорошо знаешь. У Николай спокойный, уравновешенный характер: всё обдумать, всё обсудить, ничего не должно «висеть в воздухе». Если какая-то проблема, то нужно опереться на людей, которые компетентны в этой проблеме, это более детальный подход к решению задач, более рациональный.

Вопрос: чем отличается семейная инновационная компания ВНИТЭП от других компаний?

Федоров: это восходит к отличиям любой частной компании, не важно, в России она или в Австрии, или в Америке, от публичных компаний. Публичная компания – одна из проекций таких компаний Советский Союз. Всё не спеша, хотя там и планов громадье, и пятилетку в три дня … в частной компании, я говорю не только про ВНИТЭП, поскольку много работал с австрийцами, при большом желании можно достучаться до самого главного в два-три шага. Во ВНИТЭП просто: позвонил Николаю Алексеевичу или Алексею Николаевичу, и ты узнаешь, будем ли мы рисковать, или не будем. Николай Алексеевич возьмет паузу и будет всё обдумывать. Алексей Николаевич – пять секунд, и он выдаст какое-то свое решение. В принципе, как подчиненный, ты будешь огражден от ответственности за неправильное решение. В публичной компании этого нет. Никто не знает, можно это или нельзя. Если нет правила относительно конкретной ситуации, то бы будешь разбираться часами. И это то же самое, что в России, и где угодно, как только ты выходишь за рамки четких циркуляров, а в сложных случаях нет никаких готовых циркуляров, то ты начинаешь висеть и дальше ты рискуешь, принимаешь какое-то решение. Неправильное принял решение – по шапке получишь в публичной компании, а в частной всё в этом плане проще.   

Вопрос: в ближайшее время, 5 или 7 лет, какое будущее у этой замечательной компании из чудного города Дубна?

Федоров: должен огорчить всех любителей нашей родины, России. Проблема в том, что высокотехнологичное оборудование строится вокруг высокотехнологичных средств автоматизации. И, поскольку у нас в России, а в Советском Союзе пыталась шагать в ногу, и как-то получалось, то сейчас это отставание на десятки лет. Ничего похожего на лучшие мировые образцы нет. Австрия отказалась поставлять, немцы отказались, пока все перескакивают на китайцев, но китайцы же не дураки, они уже поднимают цены. Как только они поймут, что они единственные поставщики, то цены будут улетные. А ведь нам надо конкурировать с их машиностроением. Я, может быть, пессимистично смотрю на это, но эти факторы у меня тут же выплывают в голове. Китайская электроника промышленная в основном попроще, чем немецкая, американская. Корейцы пока держаться и нам поставляют, и Тайвань. Так что ждут нас сложные времена. По-хорошему, надо развивать всё, если хотим отделиться от «всего» мира, то как в Советском Союзе делать всё свое.  Конечно, не рационально, всё делать самим.

Вопрос: как вы после Физтеха решили перейти в сферу консалтинга?

Коруков: перешел потому, что у меня не всё получалось в институте и было понятно, что я этим не заработаю на жизнь. И мы все пытались как-то заработать, кто-то работал со второго, с третьего курсов. Я – с пятого. Несколько моих ближайших друзей, те, кто связал свою жизнь с консалтингом, поясняли: вот есть такая крутая вещь! И я поддался этой тенденции и там оказался. Так что повлияло мнение и советы друзей.

Вопрос: чем бы вы посоветовали заниматься нынешним студентам? На что тратить свободное время?

Коруков: тратить на то, что вам нравится, но, чтобы вас не разрушало и было социально позитивно. Консалтинг – тоже хороший вариант, если вы хотите. Только ищите те места, где не работают в стол, где правильно относятся к труду и к результатам. Можете и по специальности, где вы востребованы. Но ситуация сложная и что выстрелит, не понятно. Пока есть определенные тренды: цифровизация, будут проблемы решаться с автоматизацией. Такую огромную дорогу заново предстоит пройти, если этот пут будет реализовываться. Это непочатый край работы. Знаете языки, и можете черпать опыт, быстрее продвините отечественную электронику. 

Вопрос: вы работали в PricewaterhouseCoopers, у меня тоже есть мысли по поводу работы в таких больших компаниях. И хотелось бы узнать: есть ли возможность карьерного роста в компаниях-мастодонтах? Или лучше поступать в компании поменьше.

Коруков: очень комплексный вопрос. Про карьерный рост. На самом деле в негативном плане задан вопрос, на самом деле, мне кажется, что в крупной компании и в консалтинге и текучка большая, и рост достаточно быстрый. Переход на высокие позиции меленный, а я, работая три с половиной года, пришел старшим консультантом и ушел менеджером. Три позиции сменил. Были хорошие проекты, хорошие команды, за этим надо следить. У меня был такой эпизод, что проект был интересный с точки зрения развития, и с точки зрения опыта, а, чтобы управлять, надо принимать правильные решения. Кстати, про корпоративную культуру, наличие менторов обязательно, наличие плана вашего развития. И вы со своим ментором выбираете, куда и как вам развиваться. В маленькой компании, если только не заткнут куда-то, опыт будет передовой, и релевантный, если команда хорошая. И будете развиваться быстро, в духе отрасли. Какие в маленькой компании плюсы? Команда меньше и спектр вашей вовлеченности в проект будет побольше. Хотя бывает по разному. Консалтинг поделен на команды, даже на десятки команд, т вы как маленькой компании. И я бы не делал различий между консалтингом и другими, если не говорить только о зарплате. В топовых компаниях, конечно, платят больше. В тройке, соответственно, платят, еще больше.

Вопрос: есть ли планы по масштабированию бизнеса?

Коруков: есть планы. Напомню, что у нас два бизнеса – станки и металлобработка. Мы занимаемся комплексными проектами: например, тренажер для Аэрофлота. Для проектной работы его сложно масштабировать, но в металлобработке у нас есть существенный кусок большой, который за последние три года прогрессирует: это лазерная резка на наших станках, поскольку мы лидеры производительности, у нас есть определенные конкурентные преимущества, которые мы пытаемся реализовать. Вот этот бизнес мы пытаемся масштабировать как в рамках России, так и за ее пределами. В разных точках на территории России пытаемся открываться, расширяться. Масштабируемся совместно с  партнерами, с теми компаниями, которым было бы это тоже интересно. Последний наш успех – это Россельмаш, где делаются заготовки для завода. Мы долго с ними работали, сначала получалось не очень хорошо, еще с 2015 года, до того, как я пришел в компанию. С ними сотрудничали, там было не все хорошо с планированием. В прошлом году мы опять с ними стали сотрудничать. И приняли решение «за забором» от Россельмаша открыться, и с августа с одного станочка и 100 часов загрузки к январю доросли до полутора – двух тысяч заказов. Три станка, 50 человек. Но сейчас там схлопывание с силу известных событий, пауза.

Вопрос: изучали ли вы в своей профессиональной деятельности литературу, если да, то какую можете посоветовать?

Коруков: это по поводу менеджмента? Если да, то какие-то книжки я, безусловно, читал. Но в основном весь опыт, конечно, проектный и то, что я своими «руками» сделал. Как и любому руководителю мне приходится принимать решения и по ним я в основном советуюсь, не успеваю что-то прочитать. Поэтому, я не припомню, чтобы мне доводилось и было такое ощущение что это важно с практической точки зрения. Мотивационные книжки, забыл как они называются, там много мотивирующих тезисов, на что надо внимание обращать, но они ситуационные, а не методологические. Если напишите, я вспомню их. Могу подобрать список книг, повлиявших на меня как на личность.

Вопрос: с моей точки зрения лазерный раскрой металла – это довольно нишевое предприятие и, соответственно, сложно находить заказчиков. Как вы их находите?

Коруков: вы спросили про лазерную резку. Поиска заказов на лазерную резку – это одно, поиск заказов лазерный станок, это несколько другое. По станкам, особенно в России, очень непростой вопрос и нишевость заключается в том, что в целом потребителей не так много. Напомню, мы делаем топовые станки стоимостью от 20 до 80 миллионов рублей. При том, что станки лазерного раскроя есть и за 500 тысяч, и за миллион, и за два. Но мы в этом поле практически не работаем. Алексей Николаевич создавал и сразу замахивался на самое производительное оборудование и на самый верхний край конкуренции. Видимо, чтобы иметь наименьшую стоимость обработки деталей: большая производительность и маленькое время обработки. Вроде, затраты большие, но если вы быстро делаете, у вас детальки могут быть дешевые. Но не все себе могут это позволить. Соответственно, маркетинг – это выставки, сайт. На выставках мы участвуем с 2007 года, выставляем свою продукцию. И еще обзвоны тех, кому это может пригодиться. Сарафанное радио. У нас сотни проданных станков и хорошая репутация. В том числе и по сервису. И дилерские сети. Ничего тут нового придумать нельзя. О лазерной резке. Это тоже сайт, выбор целевой группы. Обзвон. Вот два механизма. Они, наверное, основные.

Вопрос: сколько требуется среднестатистическому заказчику за поставку?

Коруков: не совсем понимаю вопрос. Сколько требуется чего? Единиц оборудования? У нас есть клиенты, которые купили 12 наших станков. Для сравнения еще более масштабный пример тот же Ростовский Прессово-Раскройный Завод (РПРЗ), на которого мы работаем, имеет три станка в Ростове, два станка в Дубне и еще там есть. У них 18 лазерных станков топовых немецких, фирмы TRUMPF. Промежуточных огромный парк и при этом на них работают еще помимо нас 16 крупнейших услуги по лазерной резки. Всё зависит от задачи: может быть от одного до десятков, до сотни в общей инфраструктуре заказа на конвейер.

Вопрос: возможно, влезаю в коммерческие тайны, если можно, сколько себестоимость такого оборудования? Стремится ли себестоимость к цене?

Коруков: в инновационном бизнесе это невозможно, поскольку много рисков. Деньги надо «отбить» и еще новое создать: за пандемию мы создали еще три станка, в том числе при непосредственном участии Алексея Анатольевича.

Вопрос: в Подмосковье недавно срубили елку высотой 28 метров для того, чтобы установить в центре нашей замечательной родины. Какую елку вы будете устанавливать в вашей замечательной компании, и как вы будете вместе с вашими коллегами праздновать Новый год?

Коруков: как точно будем праздновать, мы не решили. У нас искусственная елка. Мы не рубим (смеется). Может быть, у нас даже не одна елка. Вчера я приезжал, и пока украшать не начали. Видимо, надо напомнить.

Вопрос: что бы вы могли сказать своему коллективу?

Коруков: у меня есть подход определенный. Он, может быть, несколько шаблонный, но он искренний. Я работаю с теми, с кем хочу работать, и с кем нравится работать. Я без них никак бы не справился. Любой праздник, и в том числе Новый год, я для меня это возможность поблагодарить коллектив за самоотверженность. С лета идет подъем. Мы надеемся, что загрузка будет очень большая. Придется попотеть, но это будет приятно!

ЭТО МНОГИМ КАЖЕТСЯ БАНАЛЬНЫМ ИЗ РАЗРЯДА «МЕШАЛКУ ПОСТАВИТЬ»

Опубликовал Андрей Кузьмичев от . Опубликованно в Новости КЛИП, Отчеты об открытых лекциях

Юлия Иванова в проекте Плюс Один 25.01.2023 13:30 сообщает важную новость:В США разработали дешевую технологию сокращения выбросов CO2 А далее речь идет о том, что уУченые из Тихоокеанской Северо-Западной национальной лаборатории США разработали «дешевый метод» поглощения углекислого газа вблизи промпредприятий. «У нас есть технология, позволяющая улавливать углекислый газ из точечных промышленных источников», — рассказала Кейси Дэвидсон, которая руководит работой лаборатории – пишет Иванова, — Захват CO2 до того, как он попадет в атмосферу, по цене $39 за тонну по сравнению с поглощением из атмосферы по $200 за тонну имеет гораздо больше смысла, отметила она». Максим Новиков, выпускник МГТУ им. Н. Э. Баумана, заместитель директора компании VDK — машиностроительного и интеграционного предприятия, работающего на базе Технополиса в Москве, выступая в Клубе инженеров и предпринимателей МГТУ им. Н. Э. Баумана

тоже коснулся этой непростой темы: «Это многим кажется банальным из разряда «мешалку поставить». Но сделать технологию подходящей и эффективной, и чтобы она была интересна заказчику, крайне трудно. Многие задачи простые и понятные. Многие технологии известны всему научному сообществу. Технология всегда – это не только что мы дозируем, а какое оборудование мы используем, какое управление ставим, какие материалы используем. Развитие технологии — это непрерывный процесс, непрерывное движение».

процесс общения Максима Новикова начался с трех наивных вопросов:

Вопрос: каким образом студент может сохранить здоровье за все время обучения?

Новиков: я вспоминаю нашу учебу, чудом, наверное, только. А если без шуток, то самодисциплиной, самоорганизацией.

Вопрос: каким образом студент может успешно совмещать учебу и работу?

Новиков: я много работал на последних курсах. Оглядываясь, хочу сказать, что, наверное, работа не всегда на пользу идет студенту. Мне, особенно на ранних курсах, пришлось жертвовать учебным временем. На старших курсах совмещать учебу с работой можно и нужно, но тут надо очень серьезный выбор сделать и акценты расставить, отказываться от каких-то вещей в сферах, не связанных с профессиональным развитием.

Вопрос: как сохранить оптимизм, чтобы не выгорать на работе?

Новиков: мне сложно судить, потому что я очень вовлечен в то, что я делаю. Для меня сама работа дает очень мощный заряд оптимизма. Но, конечно, в текущей деятельности возникает очень много сложностей, которые надо преодолевать. Я думаю, что сохранение оптимизма требует упорного, целенаправленного труда, деятельности. Не надо ожидать, что всё само собой разрешиться. Потерять оптимизм и сказать, что всё потеряно очень легко, но надо помнить, что масштабный результат, всегда требует приложения усилий, с чем бы он не был связан. В связи с этим я всегда вспоминаю Леонова, когда он говорил, что  «..добрым быть всегда сложнее….», я для себя это переношу на вопросы мотивации – считаю что оптимизм – это вопрос внутренней мотивации, а внутренняя мотивация — это вопрос воли.

Окончил я в 2008 году Энергомаш, Э9, если коротко, то это кафедра экологии. Работал и в крупной датской компании, по меркам Дании она очень крупная, международная, за 10 лет я там дорос до среднего руководителя. И после выпуска мы с товарищами, с двумя друзьями-одногруппниками организовали некое, это даже не было тогда предприятием, некое «хоббийное» дело. Делали кое-что по гидравлике и общей химии, вещи, связанные с реакторами. Несколько лет занимались этим на уровне увлечения, потом в гараже начали какие-то вещи собирать. Своими силами что-то испытывать. Спустя некоторое время это всё организовалось сначала в небольшое производство, а теперь уже почти 10 лет мы успешно работаем на рынке. В ряде проектов успешно вытеснили, например, швейцарских производителей.

Ныне группа компаний называется ВДК – это упрощенное название, чтобы никому не резало слух. Сначала называлось Водообработка. Это и сейчас одно из юрлиц. Мы в основном производили оборудование для экологического машиностроения. У нас в России это, наверное, химическое машиностроение: это смесительные устройства, реакторы, насосная и дозирующая техника и интеграция на этой базе.

На большинстве крупнейших НПЗ стоят наши аппараты в базовой технологии.

В рамках работы нами реализовано большое количество проектов, где мы взаимодействовали с сотнями подрядных организаций. Если это большой завод и стройка, например, ЗапСибНефтехим, мы туда поставляли продукцию в несколько цехов и были не очень большим поставщиком, хотя для нас это был большой контракт. Но стройка была гигантская – на ней работало от 20 до 30 тыс. человек.

Надо понимать, что крупный заказчик, например, Сибур, ведет проект по строительству Амурского газохимического комплекса на Дальнем Востоке, то у него много своих спецификаций. Очень сложно к нему «прийти» и сказать, что у нас есть продукт. Это так просто не работает, потому что они в спецификациях пишут, что они хотят видеть от оборудования, начиная от требований к корпусам, крепежам, к двигателям, к автоматизации… и заканчивая обменом сигналами с верхним уровнем. Поэтому мы в работе с такими проектами увидели, что всегда надо быть готовыми к тому, что так или иначе заказчик будет пытаться подстроить ситуацию под себя.

 

Еще важно понимать, что специалисту нужны межотраслевые знания. Важно понимать, что вы знаете не только механику, электрику, надо стараться иметь полный кругозор и обращать внимание на все предметы. Однобоко никогда полную картину не рассмотреть, особенно, если вы заходите в технологию.

Вопрос: у нас в клубе еще не было такой лекции по её названию. Вы постоянно общаетесь с монстрами бизнеса, с крупными компаниями, у которых уже много что сделано. А у вас небольшая компания. Как вам удается найти себя в этой экосистеме?

Новиков: Действительно, для больших компаний есть иерархия, и, как правило, у большого заказчика первый подрядчик будет крупный.  Или крупный поставщик. Заказчики среднего размера в силу «экологии» своей не взаимодействуют с мелкими подрядчиками. В нашем случае, когда мы говорим о больших заказчиках, особенно если речь идет о строительстве, они работают с очень крупными подрядчиками, а у них работают тысячи работников. По сути, они строят небольшие города на сотнях гектаров. У таких подрядчиков все службы строго организованы, и они правильно подстраиваются под заказчика. Но отдельные технологические части есть и у небольших компаний. В нашем случае, мы работаем с специализированными системами, мы работаем в такой нише, где речь идет не о большом предложении на рынке. Мы работаем на перекрестных технологиях с глубочайшей автоматизацией. Это небольшие поставки комплектов автоматических систем, выполненных под заказчика. Это и есть рецепт того, почему мы именно там и находимся. Мы поставляем такое оборудование, по которому не очень большое предложение, но есть изрядный спрос. Схожие предложения на рынке есть, но тут возникает такой момент: у крупных компаний теряется гибкость, они не всегда могут соответствовать всем требованиям заказчика.  Наше предложение в существенной степени их устраивает в части того, что мы очень сильно подстраиваемся под них в части конкретного технологического процесса.

И самое главное к нашему секрету успеха: это команда и опыт. У нас есть команда, которая может в короткий срок с хорошим качеством сделать работу на достаточно сложных объектах. И, конечно, опыт, как в этих условиях работать.

Смысл такой работы в том, что надо в полгода уложиться, сделать вместе с предварительной оценкой и проработкой серьезные объекты, в данном случае под объектами понимаются автоматизированные системы и в этом случае, понятно, надо иметь библиотеку предварительно разработанных узлов и решений, и иметь методики определенные. Библиотека – это наш портфолио, а есть определенные методики, как мы комбинируем эти решения.

И еще один секрет в том, что мы пытаемся базово понять: что это, как это и для чего? Мы всегда задаем заказчику вопрос: а вы что хотите добиться в итоге?

С заказчиками, которые не хотят так работать, мы стараемся не работать. Потому, что они передают заказ через десять рук и сами не понимают: а что мы хотим?

Вопрос о применяемых технологиях.

Новиков: промышленная очистка воды, как правило, в большей части всегда связана с дозированием реагентов. Бывают идеи, что без реагентов можно чего-то добиться, в отдельных случаях, наверное, можно. Но массовые технологии связаны с дозированием. Для нас большая часть работы – это химия. Также мы интегрируем системы биологической очистки. Причем, мы продвинулись в этом направлении достаточно серьезно и стали одними из немногих компаний в стране, которые могут запускать такие технологии. В том числе по анаэробным процессам глубокой биохимической очистки. Мы работаем с разными осадками, и, как правило, всё это связано с большим аппаратным оформлением. Это многим кажется банальным из разряда «мешалку поставить». Но сделать технологию подходящей и эффективной, и чтобы она была интересна заказчику, крайне трудно.

Многие задачи простые и понятные. Многие технологии известны всему научному сообществу. Технология всегда – это не только что мы дозируем, а какое оборудование мы используем, какое управление ставим, какие материалы используем. Развитие технологии — это непрерывный процесс, непрерывное движение.

Примером могут быть технологии, связанные с электролизом, мы существенно работаем с электролизом. Я, например, запускал большую часть всех  крупных установок электролиза в Стране.  Это водоканалы — Казанский, Сыктывкарский, Ивановский, Архангельский, и др, очень много городов миллионников, или с сотнями тысяч человек населения. На сегодня вопрос технологии — в том, новый ли контроллер применить для того, чтобы управлять поляризацией электродов, применить новые материалы в основной части аппарата, в обвязке, новые возможности измерительной техники. Это дает преимущества, например, в электричестве на 10-15 %. Вот мы выигрыш получили, хотя технология «старая», казалось бы на уровне лаборатории еще Фарадей, Лоренц, Максвелл все открыли в позапрошлом (!) веке.

Еще поример — по диоксиду хлора у нас запатентована технология. И сейчас вопрос в том, чтобы подобрать составы реагентов. И подобрать так, чтобы это работало не только в лаборатории, а, чтобы это работало в любых полевых условиях. И чтобы это экономически тоже было выгодно.

Вопрос: почему студенты на старые технологи смотрят сквозь пальцы?

Новиков: мне кажется, что все куда-то гонятся. И вот про наши технологии, про электролиз я слышал: о, электролиз, его тысячу лет все знают! Вы нам новую технологию давайте! Что-нибудь такое, о чем никто еще не слышал! И получается: технологию знают, а сделать, чтобы она работала на объекте, могут единицы. Всего 2 – 3 компании в мире!

Вопрос: как появилась идея проекта, как нашли первых заказчиков?

Новиков: у меня идея аппаратов пришла потому, что я как технолог начинал работать по этой тематике. Было из разряда того, что мне нужны были некоторые аппараты, как технологу, и я не нашел адекватного предложения. И мы с другом прикинули, поняли, что вариант только один – сделать всё самим. И технологи, с кем мы работали, нашли наше предложение интересным и имеющим потенциал применения. Первых заказчиков нашли так: пообщались с технологами, с которыми работали, вот наше предложение, хотите – попробуйте. У нас компактные размеры, улучшенная гомогенность на выходе. Предложили поставить. Они поставили.

Мы поняли, что проект актуален. Борис Семенович Ксенофонтов нам говорил с третьего курса, что единственный критерий всего, что мы делаем – практика. Можно сколько угодно теоретизировать, но если пошло в практику, то оно актуально. Но может быть и такое — проект не плохой, но не своевременный. Может, рынок к нему не готов. Мы, когда выходили с аппаратами проточными, рынок был абсолютно не готов к этому. Сегодня это – некое общее место. И производители сегодня есть. У нас уже в обработке воды меньше доля реализации, больше работаем в нефтепереработке и промышленности, где более сложные технологии. Но в 2008 году приходилось объяснять, что мы предлагаем по воде. Но если ты делаешь новое аппаратное оформление, надо быть готовым к тому, что люди просто не смогут сразу понять, что же это такое. 

Вопрос: Максим, как я понял, вы сначала увидели спрос, и потом решили сделать предложение. Всегда ли вы так делаете?

Новиков: у нас история была в том, что как такового спроса и не было. Была технологическая потребность. Она решалась другим путем – это было другое инженерное решение. От слова «совсем». Мы рынок серьезно готовили к тому, чтобы наше решение применять. Особенно по первым устройствам. И сейчас мы скорее иногда работаем от потребности, иначе не сделать существенной реализациии объема, но во многих продуктах новых мы  подходим как к решению проблемы. [МН2] 

В технологической работе важно помнить, что технология она не в теоретических описаниях – всегда надо следить за практическими аспектами – ведь даже изменение компонентов обвязки это совершенствование технологии, при этом с одной стороны многие решения в технологической части не подвергались ревизии долгие годы и им может быть по 50 лет, а с другой стороны надо помнить, что нововведения необходимы, но всегда требуют проверки.

Вопрос: были ли такие продукты, оборудование ваше, которые не прижились на рынке?

Новиков: у нас есть много разновидностей и вариантов. Есть отдельные варианты применения продуктов для отраслей. С СИБУРом, например, делали проект совместно с одной небольшой компанией из Берлина. Большую часть задач мы в нем выполнили, проект довели до определенной точки, но технологи завода сказали: «это всё прекрасно, и что?» Мы долго с ними дискутировали, но к общему решению не пришли. Пока они не готовы были к этому решению, хотя проект был передовым. Такое бывает и в этом проекте мы столкнулись с колоссальными для себя убытками.

Вопрос: где и когда вы делали первый прототип?

Новиков: начинали в гараже. Что-то было выпилено болгаркой из каких-то материалов. Долго с двумя друзьями над моделью работали. Изначально брали доступные инструменты, доступные материалы, остатки, отходы. Для подтверждения концепции на нулевом этапе прототип сделали. Далее доступными средствами первые модели. И первые модели сих пор работают на станциях. Думаю, они будут работать еще лет 10, 15. Ничего им не будет.

Вопрос: в вашем начинании какой-то бюджет начальный был? Если он был, то как вы распределяли бюджет?

Новиков: в этой части мы делали всё неправильно. Бюджета у нас никакого не было. Было свободное от работы и семьи, и потом детей, время. Поспать надо было хотя бы часов пять. Так что свободные пять или шесть часов и какие-то личные средства, которые удавалось аккумулировать, вот и весь наш бюджет. Естественно, мы после установки первых аппаратов в какие-то проекты зашли и появились первые заказы. С них пошла операционная прибыль, которую инвестировали в дело, а на себя не тратили ничего. Даже сейчас, наверное, мы полностью инвестируем в развитие производства. На сегодня у нас порядка двух тысяч квадратных метров производство, реально  около 90 человек в работе, а в конце первого квартала, я думаю, будет до 100 человек работать. Мы существенную часть механообработки, сварочно-сборочные операции  и много что еще делаем сами. Но я бы всерьез такое никому не предложил бы практиковать, потому что этот путь не академически правильный в бизнесе. Конечно, лучше, когда есть инвесторы, есть бюджет и всё такое. Это намного лучше и приятнее. Но мы вот так шли.

Вопрос: как с вашей точки зрения начало должно быть если есть инвестор?

Новиков: отрасли разные и разные нюансы в бизнесе. Если вы говорите о каком-то массовом продукте, наверное, важна реклама для стимулирования спроса. Если мы говорим про инженерные вещи, реклама, конечно, важна, но просто давать массовую рекламу… я, например, не могу развесить билборды по всему городу, «НУЖЕН НАСОС 800 КИЛОВАТТ? Приходите туда-то!» Это так не работает. Важна, например, репутация в деловом сообществе. Есть поток рекламы, но в нашем направлении у нее маленький уровень конверсии в итоге. И я такой род деятельности не поддерживаю. Важна прямая работа с заказчиками, с проектировщиками. У нас есть бюджет, связанный с техническим маркетингом – это полиграфическое обеспечение выставки, каталоги. Это не больше 3-4 % от оборота. Но это и  работа по подбору оборудования. Она не ведет мгновенно к конверсии заказа, но, с другой стороны, это начало воронки продаж. Это тоже маркетинг. И если это считать, то мы на него очень много тратим, потому что весь подбор, всю техническую работу мы берем на себя. Возвращаясь к началу вопроса, как всё правильно делать? я читаю, что когда мы начинали, всё по-другому работало. Сегодня для начинаний есть ряд акселераторов, есть инвесторы. Проект лучше начинать с понятным инвестором, потому что- когда есть понятное финансирование, всё идет гораздо быстрее. Но в технологическом стартапе надо иметь экспертизу о вашем продукте, которой инвестор доверяет, без излишней подробности, но с достаточной достоверностью можно сказать, что это продукт, который стоит столько-то денег. Но это достаточно редкая история.

Вопрос: какие предметы казались не очень важны для бизнеса?

Новиков: метрология – конкретный пример. Он не казался никогда бесполезным. Я это на прошлой неделе с одним коллегой обсуждал. Он тоже говорил: метрология, объясняли всё понятно. Но когда приходишь на производство, становится понятно, для чего эта дисциплина. Несколько раз руками потыкаешься… вот мы проходили проходные калибры, думал, что это такое? А когда на механообработке проводишь запуск, сразу становится понятно, для чего проходные калибры. Ими в машиностроении обеспечивается точность. То же материаловедение иногда казалоси не таким важным. Но когда тебе надо сделать изделие готовое, совсем с иной стороны этот предмет видишь.

Вопрос: чему научил вас Борис Семенович Ксенофонтов?

Новиков: он у меня был научным руководителей на старших курсах. Основной критерий – теоретизировать можно в расчетах, но практика – самое главное. Результат должен добываться потом. Если его нет, любые теории не актуальны.

Ксенофонтов: Максим – студент, а потом выпускник особого вида. Особого трудолюбия. Особой настойчивости. И это всё воплотилось в дальше! Виделось в нем как в плане перспективы и, по моим наблюдениям, многое подтвердилось из того, что я предполагал. Его умение докапываться до истины, не бросать начатое дело, умение терпеть и трудиться – всё это вылилось в хорошие трудовые успехи. Он бы мог с честью нашу Бауманку представлять: при входе у нас перед набором новых студентов вешаются сведения о наших замечательных выпускниках. В том числе нам место и Максима Новикова с теми конструкциями, которые у него с коллегами изготавливаются на производственной площадке. Это всё очень серьезно – те объекты, которые они ведут, это серьезные и важные объекты для страны.  Это действительно трудовые успехи. Не какие-то бумажные и надуманные, а самые настоящие. Таким как Максим надо помогать в пределах наших возможностей. Важно распространять опыт таких разработчиков. У нас новый журнал появился по будущим нашим кадрам. Жанна Михайловна Кокуева приходила к нам и говорила о том, что такой журнал начинает выходить в Бауманке. Главным редактором там Александров Анатолий Александрович. Я думаю, что на страницах этого журнала мы будем писать статьи о своих кафедральных выпускниках. Или вместе с ними, как они захотят. В чем мы можем помочь? Мы тоже не всесильны, но в силу наших возможностей.

Новиков: Борис Семенович, спасибо, конечно, за такие слова теплые. Для меня это очень высокая оценка. Но нам с коллегами еще очень много предстоит сделать, нам еще работать и работать. Я настроен на работу. Борис Семенович говорит, что надо помогать выпускникам. Я вижу, что нам и сегодня помогают очень много: на старших курсах с Борисом Семеновичем мы посещали объекты, видели конкретно, куда «знание» идёт. Для многих кафедр и сегодня актуальна прикладная практическая работа. Важно понимать, что выпускник на самом деле делает первые шаги в своей профессии. Это очень важно понимать и настраивать его, что ему предстоит очень много сделать. 

Ксенофонтов: есть еще одна важная тема – переработка отходов. Дело дошло до того, что мы, если не будем активно и решительно предпринимать в этом направлении реализацию, тогда мы скатимся в разряд отсталых стран в этом отношении. Слава Богу, что сейчас проблема как-то решается, и уже видны результаты. В этом, в том числе, и заслуга Максима Новикова и его коллег. Я очень приветствую их работы в этом направлении и считаю, что, поскольку они этим занимаются, будет успешный результат по этим направлениям! В чем еще может быть помощь с моей стороны: я готов её оказать!

Новиков: несколько слов скажу о переработке отходов. По этому проекту подтягиваю одну из будущих выпускниц кафедры Э9, это уже существенная помощь. Нам на помощь такие кадры воспитываются и Борис Семенович серьезные прилагает усилия для того, чтобы для того, чтобы воспитывать и готовить хороших специалистов.

Крайне важно, что Максим бережно относится к преподавателям кафедры Э9 и в Борису Семеновичу. Ему и всем бауманцам стоит напомнить слова тезки профессора Ксенофонтова Бориса Семеновича Ванникова, выпускника училища и трижды Героя Социалистического Труда. В своих воспоминаниях Ванников Борис — Записки наркома от пишет: «В оборонной промышленности последствия этого смягчались тем, что сохранялась преемственность: как правило, вновь выдвинутые руководители и специалисты ранее работали в той же системе и под руководством тех людей, на замену которых их ставили. Преемственность помогала новым работникам освоиться на ответственных должностях в более короткие сроки и возлагала на них определенную долю ответственности за работу бывших руководителей». Борис Семенович Ванников не только руководил наркоматом боеприпасов в годы Великой Отечественной войны, после великой победы он запускал атомный проект России.

Грустно, что выдающийся выпускник училища до сих пор не удостоен славного печатного труда о его подвигах. Грустно, что и его тезка, профессор университета пока не обласкан СМИ. Но хочется надеются, что имя Максима Новикова станет знаковым для одного из лучших университетов планеты.


Я ДЕЛАЛ МАШИНУ 150Х150Х150

Опубликовал Андрей Кузьмичев от . Опубликованно в Новости КЛИП, Отчеты об открытых лекциях

Перед Вторым конгрессом молодых ученых России, что прошел в начале декабря 2022 года в сочинском Сириусе, в прессу выдали такою новость: «Сенсация случилась до конгресса. На экскурсии в сочинском обезьяньем питомнике специалисты Курчатовского института показали молодым ученым павиана, которому заменили травмированную часть черепа титановым имплантом, напечатанным на 3D-принтере». Максим Бурмистров, что выступал в начале ноября 2022 года в КЛИП, сказал о таком примере буднично: «Мы печатали детали для Роскосмоса, для ОБК Сухого, даже какой-то наш протез вставляли в собаку. Собака вроде жива и здорова». Впрочем, Максим говорил не только о деталях для бизнеса и для здоровья, он поделился сокровенными мыслями о том, как ему удалось после окончания МТ1 поверить в свою мечту и с друзьями воплотить её в жизнь.

Но в начале он отвечал на три традиционных вопроса:

Вопрос: Максим, когда вы пришли учиться в Бауманку, вы же учились в Слободском дворце, как вы решали на первых курсах проблемы с питанием учетом того, что у нас обеденного перерыва нет?

Бурмистров: как и любой студент встраиваешься, и бегаешь на перемене, встаешь в очередь за сэндвичем с ветчиной и сыром.

Вопрос: наверняка на вас повлияли замечательные преподаватели. Кого вы вспомните и кому можете сказать спасибо?

Бурмистров: к сожалению, не всех помню, как зовут. Преподаватель с матанализа, мы его звали Дед Мороз, у него была белая борода: по сопромату был великолепный преподаватель, уже с кафедры повлияли Ермолаев Михаил, аспирант, который вселил желание заниматься тем, чем я сейчас занимаюсь.

Вопрос: надо ли студенту идти в банк, чтобы копить деньги на свое дело?

Бурмистров: считаю, что лучше заниматься непосредственно делом. Сфокусироваться на продукте. Потому что, если продукт никому не нужен, сколько бы ты не накопил, ты всё потратишь.

А уж потом Максим показал себя во всей красе: сначала рассказал о себе, а потом обстоятельно отвечал на вопросы. И начал лекцию он такими словами:

Ребята, всем привет! Я закончил МТ1 в 2015 году. Был специалистом – последний курс специалитета. Пока я учился, случилось очень интересное событие: на третьем курсе мы выносили архив завода Красный пролетарий. Завод закрылся. Это был последний станкостроительный завод в Москве. И там на третьем курсе я стал у развилки: чем заниматься дальше? Прикладными исследованиями или чем-то сторонним. Многие парни, которые учились со мной, ушли в смежные отрасли, но мне было жалко шести лет. Я же чему-то учился. Не хотелось это всё хоронить. Или складывать в стол. Хотелось, чтобы было продолжение. Как раз в это время активно началась развиваться 3D печать. У одной американской компании был патент на эту технологию, и он в то время закончился, развязав руки всем людям, которые хотели делать, повторять, копировать станки. Или 3D принтеры, которые печали пластиком. Это вызвало эффект разорвавшейся бомбы и запустило отрасль. И я подучал, что я, как станкостроитель должен закрыть какой-то выбор для себя и построить 3D принтер. Но это просто инструмент и мне хотелось заниматься квадрокоптерами. Собрал дома 3D принтер я и остановился. Начал искать работу в Москве и по счастливой случайности удалось найти работу в ЦНИИТМАШ – это один из институтов Росатома. Они как раз выиграли грант от Минобра на постройку машины, которая печатает металлом. Я пришел под конец этого проекта и, по сути, начал заниматься разработкой меньших машин. Стал там главным конструктором. Там был старт моей карьеры.  Там я отработал три года. По мере работы выявились все проблемы, которые есть у госпредприятий: с точки зрения бюрократии, с точки зрения того, что – многостаночник, ты и разработал машину, ты должен её заказать, что-то закупить, потом сам её запускаешь. Пока ты делаешь, пока ты справляешься, на тебя всё валят, валят, валят… пока кобыла едет, на нее валят. Из комичного – если проект, я разрабатывал маленький, но сложный 3D принтер, основной проект был с зоной печати 500Х500Х500 миллиметров что в мире металлической печати большой габарит, я делал машину 150Х150Х150, но со всякими техническими нюансами и наворотами, чтобы это потом масштабировать, и когда я увольнялся оттуда, пришли запчасти для самой первой машины.

Вся отрасль – это про знакомства. Про людей. Туда пришел молодой парень из Нижнего Новгорода, перевелся, он был в ОКБ Африкантова, это один из ведущих заводов с нормальными оборотами, с нормальным оборудованием, с нормальным менеджментом. Он придумал там проект и ему сказали – приезжай и выполняй.  Так мы познакомились. Однажды он встречался с ребятами, с клиентами, это тоже были молодые парни, у которых тоже были нереализованные проекты по инвестициям в технические продукты. Там мы встретили Станислава Козина, который сказал: я хочу этим заниматься, уходите из своего института и давайте делать компанию частную. Это было за стаканом кофе.

Мы договорились о денежных инвестициях, о долях, и так как мы работали по другую сторону баррикад, были в государственном предприятии, где казалось, что рынок максимально подогрет для того, чтобы вы вышли, сделав принтер, и у нас всё расхватают как горячие пирожки. Будем делать 20 машин в год с станем абсолютно счастливы. Так разбились все розовые очки о бетонную стену.

Мы начали в 2018 году – в апреле вышли из ЦНИИТМАША и начали заниматься принтерами. Я сделал среднюю машину: закупил, потом мы всё собирали, отладили, разработали дизайн, сделали обшивку. Вот она у нас печатает. Мы сняли цех, чтобы одновременно собирать шесть машин. Сняли офис рядом с цехом на Коляковке. Рядом с метро Каширская. В промсекторе. Это стоило 350 тысяч в месяц. Мы заряжены, чтобы расти и развиваться. Но в 2018 году заводам стало гораздо тяжелее продавить 100 миллионные конкурсы на инвестроекты, как это было в 2013-2015 годах. И мы попали в ситуацию, когда на заводах уже купленное оборудование, немецкое и американское, и они не знают, что с ним делать. Либо они его не используют, либо на нем работают аспиранты для дипломов, либо у них закончился срок обслуживания, а у таких машин техобслуживание – отдельная статья доходов. А если это военное предприятие, то ты в западне. В огромной. И вот мы начали решать свои задачи – сместили фокус с печати, чтобы быть хотя бы не абсолютно убыточными, а относительно убыточными. Мы начали брать контрактную печать, чтобы прокачать свой софт, машину, научились печатать и получили кое-какие деньги.

Так что мы начали в 2018, за три месяца сколотили машину, а нормальные деньги у нас пошли в 2020 году. У нас есть один из якорных проектов, который мы делали для ОСК, Объединенная судостроительная корпорация, это был первый проект по интеграции аддитивных технологий в контур предприятий. Венцом проекта должно было быть создание Центра аддитивного на территории ОСК, где были бы заложены наши машины. По сути, вместо пяти участков, где присутствует сварка и прочее (сварка, обработка, отжиг и еще два участка), остался один – печать и мехобработка после нее. Аддитивка – это не замещение, а дополнение к циклам производства. Мы выступали спонсором на чемпионате WorldSkills, который проходил в Казани в 2019 году. Мы туда возили свою машину, которую совали везде и всюду и на которой выполняли все наши заказы. Участие в мероприятии принесло нам один заказ. Но самое смешное, что у нас был заказ на печать большой и время на его производство выпадало на это мероприятие, и мы в Казани печатали то, что надо было отправлять заказчику. Был заказ из Латвии.

Здесь мы попытались реализовать масштабированную систему смены колодцев (после печати из принтера достаётся колодец с порошком, а на его место ставится новый, и ты не тратишь время на извлечение детали на принтере, а сразу начинаешь следующую печать), которые спокойно переносятся на большие машины. Мы также ездили во Франкфурт в 2019 году на самую большую выставку, посвященную аддитивным технологиям. Стояли рядом с мастодонтами, с компаниями, которые вдохновляют тебя. И приехали мы туда, чтобы понять: тем мы занимаемся, или не тем.  Качество изделий, которое у ребят представлено было, подвело нас к тому, что мы продолжим.

В конце 2020 года мы заключаем контракт на поставку маленькой машины в МИСис, в Институт стали и сплавов. Благодаря кооперации с лабораторией катализа, мы отработали очень много режимов. Получилась очень удачная маленькая машина для ученых. Недорогая, что еще приятнее. На ней с утра печатают кубики, через час их шлифуют, потом травят, смотрят микроструктуру, если что-то не так, повторяют печать кубиков. Это полтора часа. И после этого ставят их на разрыв, и к концу года у тебя уже есть отработанный режим на порошок. На больших машинах это занимает недели. После этой кооперации мы выиграли конкурс на разработку машины с подогревом в зоне построения и сделали первый в мире машинную зону подогрева до 900 градусов от всего объема. Есть немецкие аналоги, они греют только подложку. А мы прогревали весь объем. После этого проекта в моей жизни каких-то ограничений больше не стало.

Была у нас печать магниевым порошком. Как известно, магний горит очень сильно. Но так как печать происходит в аргоне… словом, перед тем, как печатать магний, мы посоветовались с ребятами, которые печатали магний, машины которых зажигались. Зажигались не по причине печати магния. При процессе печати появляются продукты сплавления (это недоплавленные или пережженные порошинки, вылетевшие из-за инерции лазерного луча), которые оседают в фильтрах машины.

 Это так называемый конденсат. Когда меняешь фильтр машины, надо быть заземленным и сделать всё безопасно. Если пробегает искра или ты сожмешь этот осадок, то он загорается. Горит как одуванчик. Единственная проблема – он не тушится ничем, кроме жидкостных огнетушителей. Желтых. Сколько воды не выльешь, от всё равно будет гореть.

И вот мы начали печатать магнием первые в стране! Но, по сути, процесс отличался только тем, что через минуту фаер на футболе зажигаешь – такой же дым! То же выделение энергии, которая превращается в дым. И мы начали упражняться очень сильной обдува.  Это был серьезный технический вызов.

Появился у нас модельный ряд. Мы всё унифицировали, поставили на одну базу: маленькая, средняя и большая машины. Мы печатали детали для Роскосмоса, для ОБК Сухого, даже какой-то наш протез вставляли в собаку. Собака вроде жива и здорова.

И мы одними из первых стали печатать бронзовыми сплавами. Дело в том, что у меди другой коэффициент отражения и весь мир говорил, что нужно печатать зелеными лазерами. А зеленый стоит в 10 раз дороже инфракрасного, который стандартно применяется. И мы первыми на обычных лазерах начали изготавливать бронзовые вещи. Сфера применения – теплообменники, камеры жидкостных ракетных двигателей. Так же мы много печатали из жаропрочных сплавов на маленькой машине. Такие вещи в пластике давно отработаны, а в металле таких еще нет. У магниевых сплавов одно из применений –

Биорезорбируемые импланты. Он замещается костной тканью и выходит естественным путем в отличие от титановых протезов.

В лаборатории катализа есть аспирант, который вместе с научным руководителем занимался нитинолом. Это материал, обладающий памятью формы. Если тонкую пластину или трубку сжать, а потом нагреть, она вернется в первичное состояние. Сфера применения – коронарные стенты для сосудов. Или вот SAP файлы для чистки зубных каналов. Их изготавливают из нитиноловой трубки. Лазерным станком вырезают. А мы печатали и при печати себестоимость сильно уменьшается.

Как и любой производитель, который не разрабатывал свои платы, а использовал готовые решения в своих установках, с начала года я два месяца перерабатывал компонентную базу для машин, чтобы сохранить ценник. Но, забегая вперед, не сохранили.

СВО запустило разработку контроллеров для сканаторов и для газоанализаторов в нашей компании. Чтобы загрузить файл в машину, его нужно подготовить. Нужна программа, которая подготовит его с необходимыми технологическими параметрами называется слайсер. Здесь мы партнеры с МАИ.

Сейчас мы разрабатываем гибридную установку с четырехосевым станком, чтобы реализовать прецизионное качество получаемых изделий. И вот проект – трехлазерный принтер. Мы поставим синий лазер на промышленную установку, потому что конечное применение этого принтера – печать драгметаллов. И в этом проекте еще присутствуют атомайзеры – машины для производства порошка: есть трехэтажные, а есть кабинетные.

В ЦНИИТМАШЕ у меня была своя «микролаборатория», где стояли шесть пластиковых принтеров. Я шабашил немножечко. Но потом я окунулся в металл и понял, что ничего интереснее не может быть. Здесь другая физика процессов.

Вопрос: вы почему не уехали за рубеж?

Бурмистров: да потому что вектор нашего развития пошел не в однотипные машины, мы берем проекты со «звездочкой». И если абсолютно честно, у них не столь новая технология для мира. Тут у нас есть репутация. Мы стали прибыльными только в 2021 году.

Вопрос: как складываются дела в самой компании, где есть три замечательных мужских силуэта?

Бурмистров: одно из достоинств частников в том, что ты покупаешь, когда ты хочешь и что ты хочешь. Без конкурсов. Тут хотя бы есть планировка, есть план доставки, поставки. И ты можешь планировать сроки изготовления. В институте ты можешь три месяца закупать, а потом тебе поставят вместо того, что ты выбрал, китайский аналог. И если ты не хочешь брать этот аналог, надо собирать комиссию…

Вопрос: товарищ из Нижнего Новгорода насколько легко влился в ваш коллектив? И у вас еще один товарищ, как вам с ними работается?

Бурмистров: у нас нормальная обстановка, особенно тогда, когда ты работаешь 14 часов в день. Так что не может быть какой-то плохой обстановки. Мы заряжены максимально.

Вопрос: есть ли у 3д принтеров возможность стать в финансовом плане тем же, что стало с обычными принтерами?

Бурмистров: основная проблема в лазере. У него сейчас ценник в полтора миллиона. Я думаю, что это не будет общедоступно для школьника. Но есть подвижки: у нас 50 машина стоила до февральских событий семь двести. Это довольно тяжеловато для кафедры, если нет грантов. И у нас задача снизить ценник хотя бы до трех. Нужно учить людей, это большая проблема для отрасли. Специалистов не так много, хотя открываются кафедры аддитивных технологий. На заводах, где есть такие машины, они стоят до 100 миллионов. И туда студентов не допускают.

Вопрос: какова себестоимость сантиметра кубического готового изделия?

Бурмистров: не очень правильно считать по кубическим сантиметрам, но из-за того, что нет амортизации собственного оборудования, оно у нас в семь раз меньше промышленного оборудования… у предприятия, которое купило иностранную машину, у них амортизация с 70 миллионов, а у нас с 10. Из-за этого себестоимость в два раза меньше.

Вопрос: вы не пытались уехать?

Бурмистров: уехать к парням, которые предлагают другие деньги? Предложения поступают, но это не очень правильно. Если ты «входишь» в завод, где говорят: давайте мы купим вашу команду. Вот мы втроем соберемся, и пусть это будут инвестиционные деньги. И потом будем что-то получать.

Но мы очень простые и пусть это прозвучит «пресловуто», по-пацански, и у нас степень доверия максимальна, мы открыты и друзья по жизни – помимо работы знакомы семьями, дети у нас знакомы друг с другом.

Вопрос: очень хочется чего-то добиться, но очень страшно перегореть в какой-то момент. Как с этим поступать?

Бурмистров: выгорание – мой друг. Это не очень приятно. У нас пока не очень большая команда и ты делаешь проект или в одно лицо, а потом на этапе отладки вы все дружно умираете, потому что сроки горят и прочее. Мы после тяжелого проекта перерабатываем какие-то бизнес-процессы внутри компании, чтобы не допустить аврала. Я восстанавливался месяц, наверное, после высокотемпературного принтера в январе. Просто ничего не делал. Ты обнуляешься в том момент, когда то, что ты произвел, печатает детали. Для меня это как рождение ребенка. Везде есть выгорание, если ты будешь себя беречь, ты чего-то не сделаешь. Кто-то тебя обгонит. Это синусоида обыкновенная.

Вопрос: вы участвуете в специализированных выставках в России?

Бурмистров: у на есть специальный чат, который называется «нулевая конверсия», это всё про выставки. 0 контрактов с выставок, потрачена куча денег и 0 контрактов. Мы делаем такой продукт, когда надо доказывать постоянно, что ты делаешь не хуже, чем кто-то. Люди пишут нам: чтобы мы купили у вас принтер, давайте тестово попечатаем. Мы говорим: тестово больше не печатаем, потому что это и время, и деньги. Присылайте деталь, мы её оценим, если всех всё устраивает, мы начинаем печатать. Цель – увеличение количества контрактов? Конечно! Надо и себя прокормить, и партнеров прокормить. Мы стараемся взять либо один большой контракт и раздробить по оплате, либо организуем cash-flow, чтобы он был постоянный.

Мы не единственная команда на рынке. Как минимум, есть еще пять контор, которые занимаются этим делом. Во многом здесь работает репутация и то, что мы реальные простые парни. Зачастую мы на своих машинах можем распечатать то, что не могут распечатать ребята на их машинах. Так мы пытаемся бороться с конкурентами. Когда проходит конкурс, все набрасываются не него как пираньи и пытаются предложить свое. Но у нас есть какие-то вещи, например, угловое распределение пятна, и все знают, что это наш конкурс и лучше не лезть.

Вопрос: расскажите о начале бизнеса.

Бурмистров: это была уникальная ситуация, у меня только родился ребенок, семья находилась в другом городе, и я мог четыре дня жить на работе. Сейчас ребенок уже пошел в сад и ты должен его забрать оттуда. Так что стараюсь планировать свой день. Но сна всегда не хватает. И компенсируется ли это любимым делом? Я считаю, что да! Но когда сдача проекта и ты не успеваешь, я знаю, что это не очень правильно с точки зрения Трудового кодекса, но все видят, чем надо заниматься и не обращают внимание на время. Потому что есть общее дело, общие задачи. И их надо решить. И потом: хорошо поработаешь – хорошо отдохнешь.

Вопрос: как вы искали партнеров, которые помогают вас «выпекать» принтеры?

Бурмистров: мы перебрали пять или шесть производственных фирм, и сначала идет цена, потом работа с заказчиком, и еще, выдерживание сроков. Иногда штрафы за просрочку контракта 100 000 рублей в день. И тут уже никакие «отмазки» не помогут.

Вопрос: будет ли влиять на работу у вас надпись в трудовой книжке «менеджер по продажам»?

Бурмистров: мы оцениваем человека не по записям в трудовой, а по релевантному опыту. Человеческому. И мы поймем нужен ли он нам: есть люди, с которыми мы сработаемся, и это очевидно, а иногда есть люди, с которыми сразу «нет». Так что запись в трудовой, это последнее, на что мы смотрим.

Вопрос: среди дисциплин, которые вы изучали, у вам ведь появился практический опыт, какие бы дисциплины вам были необходимы и на младших, и на старших курсах для успешной работы в частном бизнесе?

Бурмистров: я, наверное, не так много времени уделял экономическим каким-то вещам, что ныне важно. С точки зрения техники и технических дисциплин, 95 % того, что я взял в университете, я использую. Молодые парни много горят стартапами, и нужны дисциплины про себестоимость, про экономическое понимание из чего в бизнесе всё составляется, не на графиках этих сухих из экономических книжек, а непосредственно для малого предприятия. Но эту информацию отлично продают люди с акселерационных программ, их стартап-инкубаторов. Если бы это перенести в универ, это было бы хорошо для развития ребят.  

Правильность слов Максима подтвердим мнением великого Леонардо да Винчи: Знания, не рожденные опытом, матерью всякой достоверности, бесплодны и полны ошибок.

КАК СТАТЬ ГЕНЕРАЛЬНЫМ ДИРЕКТОРОМ ИННОВАЦИОННОЙ КОМПАНИИ В РОССИИ

Опубликовал Андрей Кузьмичев от . Опубликованно в Анонсы открытых лекций, Новости КЛИП

14 декабря 2022 года в 17:30 Клуб инженеров и предпринимателей МГТУ им. Н. Э. Баумана проведёт онлайн-заседание на тему «КАК СТАТЬ ГЕНЕРАЛЬНЫМ ДИРЕКТОРОМ ИННОВАЦИОННОЙ КОМПАНИИ В РОССИИ». В гостях у КЛИП — Николай Коруков, выпускник МФТИ, генеральный директор компании ВНИТЭП – мирового лидера по разработке станков лазерного раскроя металлов. C 2007 года в компании началось серийное производство и поставки оборудования. Коруков расскажет, как он стал генеральным директором, как он нацеливает коллектив предприятия на достижение амбициозных целей, среди которых не только разработка новых станков, но и гонка за производительность с ведущими мировыми производителями.

Участие бесплатное, подключение на встречу по ссылке https://webinar.bmstu.ru/b/rrn-khx-cum

О компании

ПУБЛИКЦИИ О КОМПАНИИ

Алексей Коруков: «Станкостроение в России надо не возрождать, а создавать заново»

Тайваньский технологический кластер выбирает ВНИТЭП

Станки, помогающие стать богатым

Алексей Коруков: «Наши станки приносят больше денег клиентам!»

Контакты

Клуб инженеров и предпринимателей

Адрес: Москва, ул. 2-я Бауманская, д.5, стр. 1. МГТУ им. Н.Э. Баумана, корпус МТ-ИБМ, ауд. 518

E-mail: 1830bmstu@gmail.com

Телефон: +7 (499) 267-17-84

clip.bmstu.ru

Защита авторских прав

© 2012-2022 КЛИП — Клуб инженеров и предпринимателей  МГТУ им. Н.Э. Баумана.

При использовании материалов сайта активная ссылка на http://clip.bmstu.ru/ обязательна.

Пользовательское соглашение — политика конфиденциальности